Именинница

Она прижимается бедрами к столешнице и с кокетливой улыбкой скользит руками по своему телу и по груди.

– Да, Джордан? – ухмыляюсь я.

– Я не ребенок, – говорит она, и ее улыбка внезапно исчезает.

Беспокойство окутывает мое тело. Так и знал, что ее обещание было слишком хорошим, чтобы оказаться правдой. Она дразнится и явно не собирается спускаться ко мне.

Я вздыхаю и откидываюсь на спинку дивана.

– Тогда перестань вести себя как ребенок, – отвечаю я.

Джордан с вызовом смотрит на меня.

– Я не ребенок, – повторяет она.

А затем заводит одну руку за шею, а вторую – за спину и дергает оба узелка, отчего жалкие треугольнички ткани тут же спадают на пол.

Мне приходится сглотнуть образовавшийся в горле ком от вида ее обнаженной груди. Я собирался сделать это сам, черт возьми."

"Ее твердые соски вызывающе торчат, а кожа на моих ладонях гудит от воспоминаний о том, как они ощущались в моих руках. Живот сводит, а член твердеет от потребности оказаться в ней.

Пожалуйста, не делай этого.

Но я не могу отвести взгляд.

Из ее комнаты не слышно музыки, но, возможно, Джордан слышит ту, что доносится из кухни, потому что начинает раскачиваться из стороны в сторону, крутить бедрами и, закрыв глаза, водить руками вверх-вниз по телу, волосам и лицу. Она такая сладкая в этот момент.

Прикусив губу, она ласкает свою грудь и скользит руками вниз по животу, где цепляет пальцами резинку трусиков.

А в ее глазах сияет насмешка и обещание показать что-то большее. Как у стриптизерши.

И в этот момент я наконец осознаю, что она делает.

Я качаю головой, но мое тело уже охватило возбуждение.

– Ты не сможешь это сделать, – дразню я.

Она не сможет раздеться и станцевать.

– Ты прав, – обернувшись и глядя на меня через плечо, говорит она. – Я не смогу это сделать. Я ведь маленькая девочка, верно? Глупая маленькая девочка.

Джордан вновь поворачивается ко мне и с застенчивой улыбкой слегка наклоняет телефон, и мне теперь видно, что она стоит у закругленного угла стола. Приподнявшись на носочки, она упирается одной рукой в стену, а второй – в столешницу и начинает покачиваться.

Ее бедра медленно выписывают круги, а грудь то вздымается, то опадает от вздохов, пока ее киска трется о дерево сквозь ткань купальника.

О боже. Мое дыхание ускоряется, пока я смотрю на самую прекрасную картину, которую мне только доводилось видеть. Черт, как же я обожаю смотреть на нее. Ее грудь слегка подпрыгивает и покачивается в такт движениям, когда она ускоряется, и от этого у меня так пересыхает в горле, что мне даже трудно сглотнуть.

– Хочешь посмотреть, как я получу оргазм? – дразнит она, чертовски хорошо зная, как мне нравится то, что я сейчас вижу.

– Прекрати валять дурака и спускайся сюда.