Золушка по имени Грейс

Но пьеса была копией самого слезливого дамского романа, где бедный рыцарь влюбился в молодую графиню. Та его отвергла, но тут, на счастье рыцаря, её похитил дракон. От общения с огнедышащим мерзким ящером она поумнела и, в конце, после битвы, вышла замуж за рыцаря, который теперь, на драконьем золоте, лихо разбогател. Ну, честно скажу, так себе история… Зато красоте дракона могли бы позавидовать все кинодеятели старого мира.

Визит во дворец оставил незабываемые впечатления. Мы подъехали довольно поздно, но, даже в сумраке, дворец светился белизной мрамора, высокие башни с золочеными шпилями ловили последние отблески заката. Играли красками витражные окна и на светлых занавесках мелькали тени. Жизнь там кипела, но к нам это не относилось. Мы прибыли к какому-то боковому входу. Нас ждали. Невысокий плотненький господин приветствовал нас, проверил магическую печать на приглашении и повел за собой.

Комната, в которую мы попали, ни чем не напоминала дворцовый зал. Скорее, комната для совещаний. Массивный стол и к нему, в форме ножки буквы «Т» ещё один длинный. Строгие стулья, чистая и пустая поверхность обоих столов, опущенные тяжелые шторы. Я понимала, что едем мы не на бал, а просто с визитом, туалет на мне был достаточно деловой, но всё же… За длинным столом сидели молодые мужчины, все, примерно, ровесники Грея или чуть моложе. В кресле за массивным коротким столом сидел симпатичный шатен – принц Ченз. Он дружелюбно кивнул Грею и сказал:

– Опаздываешь, дружище! Но я рад тебя видеть. Садитесь, знакомиться будем после.

Мы сели в самом конце длинного стола – только там оставались два пустых места. Принц щелкнул пальцами и на поверхности стола проявились небольшие кинжалы.

– Сперва клятва, дамы и господа!

Все встали.

Я немного растерялась. Я не боялась клятвы, но резать себе руку… Благо, Грей понял моё смущение. Он взял мою кисть и сказал:

– Закрой глаза, дорогая.

Не так уж это было и больно, скорее – страшновато и неприятно. Кровь скапливалась в ладони маленьким черным озерцом.

Слова клятвы мы все начали произносить с разницей в несколько секунд, но уже через несколько слов голосовые потоки синхронизировались стихиями и казалось, что звучит профессиональный хор.

Зрелище было завораживающее. Я чувствовала сумасшедшую мощь стихий и колоссальные объемы плетения. От каждой из порезанных ладоней тянулись плети силы и свивались в общий узор. Расходясь, они ложились петлями на шеи людей и, замкнувшись в некое подобие ошейника – гасли. Через несколько минут все стихло, стихии угомонились. Мы все выглядели слегка оглушенными. Кто-то из мужчин закашлялся…

– Пейте, господа. Некоторое время у вас будет першить в горле, но это не страшно. Садитесь и пейте.