Зови меня своим именем (ЛП)

Едва ли полчаса назад я просил Оливера меня трахнуть, и сейчас здесь я собирался заняться сексом с Марсией, и все еще никто из них не имел ничего общего с другим. Они были связаны только через Элио, который оказался одним и тем же человеком.

***

После обеда Оливер сказал, что ему надо съездить обратно в Б. к синьоре Милани и забрать последние правки к работе. Он быстро взглянул в мою сторону, но, не получив моей реакции, поднялся. После двух бокалов вина мне не терпелось вздремнуть. Я захватил два больших персика со стола с собой и по пути поцеловал мать. «Съем их позже». В темной спальне я положил их на мраморную столешницу. А затем полностью разделся. Чистые, холодные, хрустяще накрахмаленные, обласканные солнцем простыни были натянуты на моей постели — благослови тебя боже, Мафалда. Хотел ли я быть один? Да. Парень прошлой ночью; вновь на рассвете. Девушка утром. «А сейчас я лежу на этих простынях счастливый, как крепкий, высокий, заново раскрывший лепестки подсолнух, наполненный осоловелой энергией солнечного дня». Был ли я рад оказаться один, когда на меня наваливался сон? Да. Ну, нет. Да. Но, возможно, нет. Да, да, да. Я был счастлив, и только это имело значение. С другими, без них. Я был счастлив."

"Через полчаса или раньше я проснулся от запаха темно-коричневого монастырского кофе, плывущего через дом. Даже с закрытой дверью я чувствовал его, и я точно знал, это не кофе моих родителей. Их был сварен и подан раньше. Это была вторая дневная порция, сделанная в неаполитанской кофемашине, в которой Мафалда, ее муж и Анчизе варили эспрессо к своему обеду. Вскоре они тоже лягут отдыхать. В воздухе уже висело тяжелое оцепенение — мир погружался в сон. Все, чего я хотел, — это чтобы он или Марсия вошли через мою балконную дверь и полузатворенные ставни, увидели мое обнаженное тело, раскинутое на кровати. Он или Марсия, кто-нибудь должен был увидеть меня. Тогда уже им решать, что делать дальше. Я бы мог продолжить спать или, если бы они присели ко мне, я бы пододвинулся, и мы могли поспать вместе. Я практически видел, как один из них зашел в мою комнату, взял один из персиков и коснулись им моего вставшего члена. «Я знаю, что ты не спишь», — сказали бы они и провели нежным переспелым персиком сверху-вниз, прижимая бороздочкой прямо к стволу. Она напоминала мне задницу Оливера. Этот образ захватил меня и не отпускал.

Я поднялся, взял один фрукт, разломил пополам большими пальцами, вернул на стол косточку и нежно прижал пушистый, румяный персик к своему стояку, надавил, пока головка не проскользнула в выпотрошенный фрукт.