Хватай Иловайского!

Стравленными оказались все, да только без малейшего объяснения — кому и зачем это было нужно?

— А ещё я не выяснил, где приказ…

— Этот, что ль? — Наш генерал небрежно вытащил из-за пазухи мятый конверт.

— Но… откуда?

— Собутыльничек передал. — Дядя беззлобно толкнул ногой храпящего под столом жандармского чина. — В знак доброй воли, так сказать. А взамен требовал тебя с ним на допрос отпустить. Далеко. В какой-то институт чего-то там с квантами и пикселями связанного. Я и предложил обсудить сие под рюмочку…

Хм… Получается, что всё складывалось ещё более запутанно, чем даже я мог предположить. Кому и зачем понадобился простой казачий хорунжий, да ещё в институте? Они там с нечистой силой братаются, а меня за химок и на допрос? Нет уж, погодите, господа хорошие, хреном с морковкой вприкуску баловаться…

— Спасибо, что не сдали учёным крысам.

— Не за что, — зевая, буркнул дядя. — Согласно приказу государя императора спустя неделю мы должны выступать в направлении польской границы. Семь дней у нас есть. То есть у тебя. Так что давай советуй: чего с этой харей бесовской делать будем?

— Допрашивать.

— А как? Ты на злобность-то его посмотри, глазами так и зыркает, волчара…

— Ничего я вам не скажу-у-у!!!

— А мы ему клизму со святой водой! — не думая, предложил я. — Благо и поза подходящая.

— Я вам всё скажу-у-у!!! — С таким же пылом бес мгновенно поменял точку зрения, едва ли не виляя задом в знак полной готовности к сотрудничеству.

Чем мы и воспользовались, хотя знал он немного. Военная косточка, работал с напарником по приказу. Причин внезапной ревности ко мне господина оратора в женском платье не понимает. Была б его воля, он бы мне из засады за сто шагов голову прострелил и не парился. Нанят по договору с ведьмой Фифи, реальный заказчик пожелал остаться неизвестным. В служебные обязанности входило сопровождение жандармского чиновника и оказание ему всяческой помощи. До определённого момента. А когда этот момент наступит — убить лысого человечка самым зверским способом, а уж те, кому надо, найдут способ переложить всю вину за смерть санкт-петербургского чина лично на генерала Василия Дмитриевича Иловайского 12-го. Вот как-то так примерно…

— И чего нам оно прояснило?

— Ну-у… — крепко задумался я, связывая бесу руки за спиной. — Лишнее подтверждение уже известных нам фактов.

— Каких это? — Дядя одним рывком поднял стонущего ординарца и усадил его на скамью, поближе к окошку. — Нехай ветерком ночным обдует, и полегчает хлопцу. Так ты не ответил, умник…"

"— Да, голова у него крепкая, сотрясать нечего, а от шишки разве что папаха пару дней криво сидеть будет, — вежливо поддакнул я, потому что ответить по существу было нечего.