Иллюзион

 – Я давно заперла ее и заклеила, а ключи потеряла! Знаю, дети любят расследовать разные тайны, но там тебе делать нечего! А то еще провалишься сквозь пол, как твоя мачеха в театре, да свернешь себе шею!

Однако Катерина чувствовала, что Евдокия говорит неправду.

Обои сильно отличались по цвету от остальных в комнате, значит, бабушка наклеила их не так уж давно. А если так, и в остальном она могла солгать. Только какие цели она преследует своей ложью?

И почему все вокруг столько лгут? Сегодня окружающие только и делали, что говорили неправду. Женщина в доме Казимира Поплавского представилась экономкой, Бестужев заявил, что незнаком с Эдуардом Пельтом, бабушка Евдокия… Ну про нее вообще отдельный разговор. Катерина даже в цирке не встречала более странных и загадочных людей.

Вспоминая события этого дня, она поняла, что быстро заснуть ей, похоже, не удастся. А может, она уже спит и все, что произошло, не более чем сон?! Тогда многие вещи становились куда понятнее. Сначала драка с мальчишкой в школе, затем стычка с незнакомкой в черных очках, нападение беглого сумасшедшего, который нес какую-то чушь про переходы, ключи и зеркальных двойников.

И то, что произошло дальше… Самое жуткое событие…

Как выяснилось позже, Аглая обнаружила в подвале труп. А Катерина в полумраке приняла его за груду тряпья…"

"Аглая и Ипполит вылетели из подвала, будто ошпаренные, едва не выбив ветхую дверь. Не прошло и часа, как театр заполнился полицией и разными экспертами-криминалистами. Все опечатали и оцепили, потом начали опрашивать очевидцев. Катерину тоже допросили, но в основном следователи беседовали с Аглаей и Ипполитом. Понаехали репортеры, в театре началась жуткая суматоха. Катерина мало что слышала и почти ничего не видела, а потом ее и вовсе отправили домой. И лишь когда Аглая вернулась домой, она рассказала ей некоторые подробности.

Оказалось, что мертвец пролежал в подвале театра несколько дней, а убит он был странным изогнутым ножом, сделанным из стекла. Следователи поначалу подозревали лысого сумасшедшего Эдуарда Пельта, но он сбежал из клиники лишь вчера и никак не мог совершить это злодеяние. Они пообещали держать Аглаю в курсе событий.

А Ипполит Германович остался всем очень недоволен. Ведь теперь, пока шло следствие, он не мог заниматься ремонтом здания театра.

– Ты бы видела эти подвалы! – закончила свой рассказ Аглая. – Им конца-краю нет, они наверняка больше самого «Иллюзиона».