Иллюзия жизни

– В основном – героин. Бывает и экстази в таблетках, которые глотают тинейджеры перед тусовкой.

– А сигарета, которую девочка «стрельнула» у бармена, не с анашой?

– Нет, «косячками», в смысле курением легких наркотиков, бармен не балуется и клиентов ими не угощает…

– Леня, с твоими знаниями можно смело браться за раскрутку этого «кайф-базара».

– Этот «базар» – капля в море.

– Все море нам, конечно, не вычерпать. Надо хотя бы «капли» убирать с лица родного города. Возле каждого такого гадюшника ломаются сотни юных судеб.

– Если даже у нас, в райцентре, от передозировки нынче погибли три молодых наркомана, представляю сколько их загибается в больших городах, – сказал Голубев. – Какая-то статистика на этот счет есть?

– Статистика… Всевышний и тот, наверное, сбился со счета.

– Отчего этот порок так сильно развился? Раньше же такого разгула не было."

"– Раньше небо было голубее, девушки красивее, а гражданское общество развитее… – Веселкин пригубил стакан с пивом. – Есть, Слава, такое высказывание: об идеалах нации можно судить по ее рекламе, о психическом здоровье – по ее телепрограммам. Прежде наш мир был просто цветным. Сейчас он становится ядовито-цветным. Наблюдается это во всем. Люди в телевизоре, на сцене, на киноэкране облачаются в невозможные наряды. Это сплошь роковые личности. Или субъекты из психушки, легко попирающие последние остатки человеческой морали. Нынешняя реклама является не столько двигателем торговли, сколько проводником шизофрении, тупости и просто грязи в широкие массы. И вот тебе современная картинка. Поколения, укрепившие дух и тело в эпоху строительства коммунизма, неуклонно взрослеют. Следом за ними пришла новая генерация. Эта молодежь не знает прежних запретов. Она привыкла к расцвеченной действительности. Для тинейджеров настоящая жизнь слишком уныла и однообразна. В ней они не чувствуют остроты и начинают «расцвечивать» ее на свой лад.

– Поражает, Константин Георгиевич, жестокость торговцев наркотой. У них же есть свои дети…

– Своих детей они, как правило, отправляют в цивилизованные страны. А чужое горе их не колышет.

– И когда такая вакханалия кончится?

– Когда рак на горе свистнет.

– Неутешительный прогноз.

– Иного на ближайшие годы дать не могу.

Очищая очередную креветку, Долженков покосился на вход в кафе и тихо сказал:

– Внимание… Вот и госпожа Киселева Земфира Романовна, известная в узких кругах под псевдонимом «Слониха», пожаловала.

Из подъехавшего ко входу белого джипа «Тойота-Лэнд-Крузер» с трудом выбралась черноволосая дама солидных лет, комплекцией почти в два раза толще мадам Грицацуевой из некогда популярного советского фильма «Двенадцать стульев», снятого по одноименному сатирическому роману Ильфа и Петрова.