Иллюзия жизни

Все остальное, к сожалению, по-прежнему затянуто плотным туманом.

– Но из тумана уже высветился похожий на Фантомаса книжный продавец Максим-толстый, приезжавший к Царькову в черном внедорожнике, – заметил Бирюков. – Надо разыскать его.

– Если «Фантомас» местный, мигом разыщу, – оптимистично заявил Голубев.

– Это первое, что тебе следует сделать, – продолжил Антон. – И еще одно срочное поручение. Запроси Информационный центр УВД и областное Управление угрозыска, чтобы выяснили: чем промышляет в Новосибирске карманник Синяков, и что за фирма «Эталон-плюс», которую охраняет сожитель Яны Золовкиной. Как его фамилия?

– Сапунцов. Предполагаешь, он может оказаться в числе подозреваемых?

– Предполагать и подозревать будем позже, когда появятся факты. Сейчас же надо проверить все окружение Царьковых.

В разговор включился следователь:

– Кстати, Слава, обязательно выясни прошлое Золовкиной. При телефонном разговоре с ней мне не понравилась лаконичность этой «домработницы».

– Еще какие поручения будут? – спросил Голубев."

"– Срочно выполни эти. Дальше будем определяться по ходу дела, – ответил Бирюков и посмотрел на Лимакина. – Пригласи, Петр, эксперта-криминалиста Тимохину, и втроем поедем смотреть жилье Царькова.

…На улицу Кедровую следственная группа приехала в прокурорских «Жигулях». Белая машина без сигнально-мигалочных наворотов не привлекала к себе внимания, однако как только остановилась возле дома Царькова, у калитки противоположной усадьбы будто из-под земли выросла дородная фигура тети Моти Пешеходовой.

– Пригласи ее в понятые, – сказал Лимакину Бирюков. – Еще позови Пахомова, если Андриян Петрович не на рыбалке.

Ни Пешеходова, ни Пахомов от предложения «поучаствовать в осмотре» отнекиваться не стали. Увидев Антона Бирюкова, старик обрадовался так, словно долго-долго ждал этой встречи и наконец-то дождался. Обнявшись будто с родным сыном, он придирчиво оглядел темно-синий прокурорский мундир и восхищенно проговорил:

– Отлично выглядишь, земляк! Это какой же у тебя чин?

– Старший советник юстиции, – ответил Антон.

– По военным меркам, судя по звездам на погонах, в полковниках ходишь. До генеральской звезды рукой подать, а?…

– Прокуроров с генеральскими звездами в районах не держат.

– А ты двигай выше. Если мохнатой руки в верхах нету, сам настоятельно просись.

– Напрашиваться самолюбие не позволяет.

– Отбрось сантименты! Гордость да самолюбие, Антон Игнатьевич, как нижнее белье. Их надо иметь, но не надо показывать. Стань ласковым, и начальство тебя возлюбит.

Бирюков засмеялся:

– Не люблю, Андриян Петрович, подхалимажа.

– Без него труднее жить.

– Ничего, как-нибудь проживем.

Лимакин, обращаясь к Бирюкову, сказал:

– Дверной запор придется взламывать.