Иллюзия счастья (СИ)

Это чистые неподдельные эмоции, от которых я получаю кайф. Поднимаю руку, глажу ее лицо, щеки, губы, сильно сжимая подбородок, чтобы больше не смела от меня отворачиваться. Не хочу оправдываться и что-то говорить, Вика должна понимать, что, несмотря на то, что я подпустил ее очень близко, черта между нами все же есть. И я не позволю ее стереть даже ей, той, которой позволил много. Беру ее руку, вжимаю в свою грудь, чтобы она почувствовала, как сильно бьется мое сердце, заходясь аритмией, только с ней и только для нее. Это все, что я могу ей дать. Дать почувствовать, что в данный момент я с ней, и нам нужно жить одним днем, не строя иллюзий.

Киска расслабляется немного, слушает мое сердце, губки красивые закусывает, сама глаз с меня не сводит, прощает меня вот так, молча, без слов. Так, как я хотел. Сама тянется ко мне, нежно целует, лаская языком мои губы. Недолго позволяю ей вести, наслаждаясь ее лаской, теплыми пальчиками, которые прикасаются к моей груди, гладят, ведут ниже, по животу, еще ниже. Обхватывают мой член, заставляя меня напрячься, посылая по телу волну дрожи. Не могу больше медлить, впиваюсь в ее сладкие губы, терзаю ее рот, получая в ответ жаркий стон. Целую ее, не в силах сдержать эмоций и ощущений, что она моя, пусть не надолго, но моя и полностью мне отдается, чувствует меня и понимает без слов, а это дорогого стоит. Мы уже месяц как вместе, а я все никак не могу насытиться этой женщиной сполна. С каждым разом мне нужно все больше и больше.

Опускаю руки, сильно сжимаю ее попку, впечатываю в возбужденный член. Обхватываю ее ногу, тяну вверх, закидываю на свое бедро, продолжаю ее удерживать. Вика глубоко дышит, задевая острыми сосками мою грудь, а меня трясет от возбуждения. Не хочу никаких предварительных ласк, хочу немедленно оказаться в ней. В голове мелькает мысль, что становлюсь зависим от нее, но я посылаю к черту разум. И Виктория хочет меня, не меньше меня, плавится в моих руках, отзываясь на каждое прикосновение. Дрожит, стонет, царапает мою спину, сама кусает мои губы, причиняя сладкую боль. В ней словно живет два человека — тихая скромная женщина и дикая кошка-соблазнительница, вырывающаяся наружу в момент нашей близости.

Подхватываю ее бедра, приподнимаю, прижимаю к стене и насаживаю на себя до предела одним грубым вторжением. Киска кричит, цепляется за мою шею, обвивает торс ногами.

— Боже… Андрей, — так сладко стонет мое имя. Всегда как то по-особенному, неповторимо, как никто другой, этим и подкупает. Грубо, хаотично насаживаю ее на себя, издавая громкие шлепки от мокрой кожи. Безумная страсть захлестывает нас двоих с головой. — Да! Да! — кричит мне в губы, что-то шепчет, словно в бреду, глаза закатывает. Красивая и настоящая, такая, как мне нравится, полностью отдается ощущениям без стеснений.