Иллюзия риска (СИ)

Разумеется, она не расценивала свою помощь парню как предательство в отношении отца. Просто устала наблюдать за избиением. В конце концов, она видела, как Данил дрался с Конюховым, мог бы и здесь дать отпор.

Подождав, когда Арканов окажется довольно близко, Емелька протянула руку и схватила парня за промокшую насквозь футболку. Повернув голову, Данил отвлекся от противника.

Емельяна коротко отметила, что хоть Дан и был в шлеме, все равно, выглядел неважно.

- Привет, - заулыбался Данил, радуясь ее появлению, как ребенок новой игрушке.

- В голову не бей, все равно не достанешь! – тихо рявкнула Емеля. – Слева заходи. У него там слабая сторона. Понял?

- Волнуешься, малыш? – улыбался Данил, подмигнув левым глазом, который уже, судя по ссадине, встретился с крепким кулаком отца.

- Придурок, - выдохнула Емельяна и промокнула лицо Дана полотенцем.

- Завязывайте ворковать! – потребовал Ажуров, ударяя перчатку о перчатку.

- Если хоть раз уронишь его, с меня ужин, - пробормотала Емеля прежде, чем подумала.

Данил кивнул, улыбка все еще не сходила с его лица, по которому проехался самосвал Ажуров. Но настроение, а также боевой дух и воля к победе подпрыгнули до космической отметки.

- Степан Семенович! – вдруг заявил Арканов капельку насмешливо и с изрядной долей самоуверенности в голосе. – Признаться, хотел позвать вас на тихий семейный ужин. Но уж извините, жена только что пообещала романтическое свидание. Не могу отказаться, сами понимаете. Так что, в другой раз!

- Сучонок! – рявкнул Ажуров.

- Придурок! – сокрушенно покачала головой Емельяна, а зрители одобрительно засвистели, когда все же Арканову удалось «достать» противника слева. Не сказать, что Ажуров упал. Но удар был ощутимым.

Во взгляде Степана мелькнула искорка одобрения. Он опустил перчатки в знак того, что поединок завершился. Данил вновь широко заулыбался, пусть и ныло все тело, да и, кажется, ребро все же треснуло. Но это ведь мелочи по сравнению с тем, что Емелька сама идет ему навстречу.

- Слушай сюда, парень! – тихо, вкрадчиво, но четко проговорил Ажуров так, что его мог слышать только Арканов. – В прошлый раз тебе все сошло с рук. Теперь моя дочь и слезинки не прольет по твоей вине. Усек?

- Усек, - Данил едва заметно улыбался, но во взгляде не было и намека на веселье. – Я люблю вашу дочь. Она моя жизнь.

Ажуров секунду смотрел на парня, прищурившись. Хлопнул по спине рукой, на которой все еще была надета перчатка. Удар получился отнюдь не легкий, а весьма ощутимый. Но Арканов не пошатнулся. Разве что поморщился.

- Долго готовился? – фыркнул Степан.

- Да нет, так, спонтанно все, - хмыкнул Данил.

Ажуров рассмеялся. Перелез через канаты. Кто-то из парней помог снять перчатки. Емеля стояла, скрестив руки, смотрела то на Арканова, то на отца.