Иллюзия игры

– Юр, подумай сам, зачем оставлять такой след? – будто маленькому объяснил Андрей. – Найдут труп, вытащат пулю… Выходит, придется ствол бросить здесь, а мне его жалко.

Он нежно погладил вороненую сталь.

Юрка опустил голову, признавая его правоту.

Вернулся Арнольд.

– По улице шляются какие-то бомжи, – обеспокоенно сказал он. – Не помешали бы… Девчонка едет на такси?

– Нет, на метро! – съязвил Умник. – На машине, конечно. Обещала поймать попутку. Бродяги нам не помешают, они сегодня здесь, а завтра уже на другом конце Москвы. Даже если что-нибудь и услышат, свидетелей из них не выйдет – они с милицией не связываются.

– Резонно, – согласился Паулс. – Но надо поторопиться. Скоро начнет светать, да и девчонка вот-вот появится.

Василий тяжело поднялся.

– Я сделаю…

Он протопал к каморке. Юрка тупо смотрел на его тяжелые ботинки с тугой шнуровкой, и в голове у него была только одна мысль: «Лишь бы побыстрее».

Василий отодвинул засов, зашел внутрь и почти сразу вывел старика, придерживая его за плечо. Вопреки Юркиным ожиданиям, Гройс вовсе не выглядел сонным. И он не пытался сопротивляться: с присущим ему смиренным видом покорно брел туда, куда вел его, подталкивая, Храпов."

"Четверо мужчин не сводили взгляда со старика. При ярком электрическом свете его худоба бросалась в глаза еще сильнее, чем тогда, когда он сидел в заточении. Гройс пошатывался, сам цеплялся за руку Василия, словно боясь, что вот-вот упадет. Видимо, из-за этого Храпов утратил бдительность, уверенный, что старик не сделает попытки сбежать, и ослабил хватку на его плече.

– А скажи мне, милый друг, – внезапно прохрипел Гройс, исподлобья косясь на Василия, – ты и внучку мою убьешь, а?

Услышав его, Юрка вздрогнул. Не потому, что старик заговорил о смерти девушки, а потому что он заговорил. Отражение своего изумления он увидел и на лице Арнольда. Для каждого из них, хоть они и не осознавали этого, старик был уже мертвецом.

Василий в первый миг оторопел, но через миг пришел в себя.

– Пошел! – Он со злобой толкнул Гройса.

– Вась, ты бы с ним поаккуратнее… – начал Бондарев, приподнимаясь со своего места.

Но его предупреждение запоздало.

Гройс вывернулся из-под руки Храпова и отскочил в сторону, оскалив зубы. Но вместо того чтобы броситься к окну – единственной его возможности прорваться наружу, он с проворством хорька прыгнул на Василия. Нападение было столь внезапно, что Храпов упал. В кулаке старика блеснуло что-то, похожее на острие ножа, и он без единого звука вонзил это «что-то» в тело Храпова.

Василий закричал, но крик его заглушили выстрелы. Андрей Бондарев шел на старика, вытянув вперед обе руки с зажатым в них пистолетом, и беспрерывно стрелял.

Первый же выстрел сбил Гройса на пол.