Иллюзия правды. Король крестей

Чтобы не отвлекать ее от дела, София решила проскользнуть в дом. Она знала, что не была здесь желанным гостем, но, пока нет Анхеля, есть возможность поговорить с Ясмин.

Дом встретил Софию грохотом, доносившимся с кухни, гостиная была пуста. Скорее всего, Ясмин готовит обед. Отлично, есть вероятность не встретиться с бабушкой Гюли. Перед ней Софии до сих пор было стыдно… Хотя, что греха таить, перед Ясмин и Розой тоже. Роза продолжала игнорировать ее.

Девушка прошла на кухню и вздрогнула: посудой громыхала не Ясмин, а бабушка. Старушка обернулась к Софии.

– Добрый день… я к Ясмин, – пробубнила София от неожиданности и указала на выход из кухни, желая уйти.

– Не к той свадьбе готовитесь, – произнесла бабушка загадочную фразу.

София тут ж забыла, за чем пришла. Слова этой цыганки опять ввели ее в замешательство.

Бабушка просверлила ее усталым взглядом, а потом перевела его на дверь. София спиной ощутила, как кто-то зашел.

– Добрый день, я испекла Анхелю сладкое печенье с орехами. Знаю, что он его любит.

Ошарашенная София обернулась на голос и увидела молодую цыганку с полной тарелкой печенья в руках. Девушка была стройна, красива, с черными как уголь волосами, разметавшимися по плечам. Ее большие карие глаза были ярко накрашены, отчего становились еще больше. Но, несмотря на яркий макияж, лицо девушки было совсем юным. Сколько ей лет? Семнадцать? Восемнадцать? Она была ровесницей Милоша и Ясмин.

– Шафранка, он еще не вернулся, но я передам, а лучше подожди его здесь, он скоро должен приехать.

Все эти слова роем закрутились в голове Софии: Шафранка, печенье, подождать Анхеля… Наверное, все эмоции, от удивления до пренебрежения, читались на лице Софии. Шафранка тоже не смогла скрыть свою неприязнь: она окинула Софию высокомерным взглядом и натянула улыбку:

– Нет, бабушка, у вас гости, я зайду позже, когда Анхель приедет, но вы передайте, что я заходила, вдруг он захочет прийти ко мне сам. – Она развернулась и вышла из кухни.

София осталась стоять с кучей мыслей и вопросов, ответы на которые ей явно никто здесь не даст.

Как только они остались с бабушкой Гюли вдвоем, София вновь взглянула на женщину, пытаясь скрыть свою обиду. Нельзя показывать, что это ее задело. Но голову не покидали слова бабушки насчет свадьбы. На что она намекала? На союз Анхеля с этой девушкой? Конечно, ничего удивительного в этом не было, ведь он ясно дал понять, что белым людям веры нет. Он верит теперь лишь цыганам, и в этом прав.

В груди предательски кольнуло, София сглотнула, но ком в горле не пропал.

– Я пойду к Ясмин, – произнесла она и вышла из кухни.