Вирус тьмы, или Посланник

Потом опомнившийся Такэда выстрелил из лазера — сиреневый всплеск света пронзил фигуру, не причинив ей вреда, а Сухов наконец смог мобилизовать волю и включить на короткое время экстрарезерв.

Монстр отшатнулся, получив всплеск пси-энергии — отражение собственного импульса от защитного блока Сухова, переломился пополам и с тем же стоном провалился в колодец. На дрожащих ногах Никита спрыгнул с обреза колодца на камни, подошел к девушке, бледной, глядящей на него с недоверием и испугом.

— Бахр-дар асмэтра! — Селкит сделала жест, словно отгоняя нечистого. — Ты настоящий маг, Сух! Ты смог выдержать взгляд Морока!

Селкит произнесла другое слово, но лингвер перевел его как «Морок», и Такэда, во всем любивший точность, вспомнив земную мифологию, не удержался от вопроса:

— Вы сказали — Морок, любезная Селкит? Кто он? Один из ваших богов? Или демонов?

— Морок — одно из воплощений Веб-Шабель, то есть Того, Кто Заперт. Олицетворение Мрака, Темноты, Бездны, Смерти.

— Я так и думал. — Повернулся к Сухову. — Это была тень Люцифера, Кит. Призрак Люцифера, если быть точнее, живущий самостоятельно. А может быть, нечто вроде голографической проекции с эффектом сенсорного присутствия, память среды, так сказать.

— Что он говорит? — требовательно обратилась к Сухову Селкит. — Я не понимаю.

— Если бы он сам понимал, — буркнул Никита. — Но он Наблюдатель и много знает, больше, чем я.

— Я тоже Наблюдатель, — гордо сказала девушка. — Отец был Наблюдателем много лет, а потом, когда стал врачевателем, посвятил меня в тайну Страшного Заклятия.

— Сейчас он — номарх, правитель Лойянгалани, хотя продолжает заниматься врачеванием.

— И что же он лечит, какие болезни?

— Он лечит не болезни — весь наш мир. Он никого не боится, как и Посланник Сух, даже Найт и Веб-Шабель, потому что он маг. И я тоже когда-нибудь буду магом.

Назад через мост они шли быстро, почти не разговаривали, думая каждый о своем. Возле «сфинкса» с лицом последнего кемтарха Риангомбе им навстречу высыпала группа кинноров, понукающая ползущую тварь, помесь черепахи и крокодила, но Никита спокойно направился прямо на «кентавров наоборот», расстроив их ряды. Никто из них не решился напасть на маленькую группу людей.

У гигантского храма с тысячью колонн путешественников ждала странная повозка — без колес, висящая в воздухе без опор, запряженная в уже знакомых животных — «пустынных кенгуру». Селкит запрыгнула в нее без удивления, с видимым удовлетворением, Никита тоже сел без вопросов, и лишь Такэда не удержался от попытки объяснения феномена.

— Антигравитационная тележка. Странно, что без мотора…

Селкит уничтожающим взглядом смерила его с головы до ног, и Толя умолк.