Безупречная невеста, или Страшный сон проректора

— А что я тебе говорил? Я же это сразу почувствовал. Но что именно? Приворот? Отворот? Венец безбрачия? Любовная несдержанность?

Джозеф бы поставил на последнее. Почему каждый раз, когда он отключается, его преследуют пикантные картины?

— Нет. Тут что-то другое. Хитрее. Знаешь, почему так сложно распознать твою порчу? Почему я ошибся и до сих пор не все детали мне понятны?

Откуда же Джозефу знать?

— Почему?

— Подозреваю, что тут работал человек с уникальнейшим даром. Мне кажется, это дело рук Валенсии.

Валенсия. Джозеф о ней слышал. Каких только сплетен про неё не ходит. Своенравная, не придерживается никаких правил. Самая сильная проклятийница в княжестве.

— Коварная женщина, — хмыкнул Остен с оттенком восторга.

Он уже взял себя в руки, перестал нервничать — смешивал жидкости в сосудах довольно хладнокровно.

— В её характере мстить каждому, кто попытается перейти ей дорогу, сняв порчу, которую она навела, — теперь в голосе Стець-Йемского слышался уже не только восторг, но и азарт.

Похоже, его не страшило, что, помогая Джозефу, он ставит себя под удар. Наоборот, глаза Остена горели. Куда делся флегматик?

— Вас с ней что-то связывает? — догадался Джозеф.

— Не важно, друг. Считаю долгом чести помочь моему коллеге, пусть в результате и стану предметом её мести.

Сказано было так, будто в глубине души Остен мечтает испытать на себе порчу от знаменитой проклятийницы. Профессиональный интерес или тут что-то другое? В любом случае Джозефу повезло с проклятийником. Кто ещё не побоялся бы перейти Валенсии дорогу?

— Учитывая неизвестный характер порчи, лечение придётся применить более агрессивное, — Остен поднялся из-за стола, взбалтывая в колбе жидкость. — У амурных порчей есть одно уязвимое место — будем бить по нему.

Он подошёл к Джозефу и присел рядом.

— Надо вернуться в исходную точку и выпить противопроклятийную сыворотку, — Остен многозначительно указал на колбу. — Таким способом можно снять абсолютно любую порчу.

Джозеф понял, что синеватая жидкость — это и есть противоядие. Видимо, что-то весьма неприятное на вкус, а может и побочные эффекты имеет. Иначе почему Стець-Йемский назвал лечение агрессивным? Но каким бы мерзким на вкус ни оказалось снадобье, Джозеф готов был проглотить его не глядя. Однако терзало чувство, что не всё так просто. Ибо Остен упоминал ещё и некую исходную точку. Вот по поводу неё, этой точки, он и дал короткую теоретическую справку.

— Есть три основных момента в развитии порчи: насылание, инициация и вызревание. Наслать могли несколькими способами. Пока не будем вдаваться в подробности какими. Опытная проклятийница может сделать это одним взглядом. Или работая с биологическим материалом, к примеру, волосом. Да в общем-то, ей может хватить даже любой твоей вещи.