Жена неверного адмирала, или Шаурма от попаданки

 — Если на этом все, прошу меня оставить…

Ньерд побери, она действительно читала «Свод законов Селендории»! Да и другие книги, кажется, тоже.

И не только читала, но понимала смысл прочитанного.

Я покинул ее спальню в смятении.

Что-то с тобой не так, моя женушка.

Очень сильно не так.

Кардинальным образом, я бы даже сказал.

И разобраться в этом, пожалуй, будет даже интереснее, чем копаться в отчетах…

Ведь Амара и правда, что-то слишком уж занервничала. Да еще и наговорила на работниц…

А что, если моя жена, которую я до того считал бесполезной пустышкой, действительно окажется права?

ГЛАВА 41

Амара

Амара Шатопер, в девичестве Ровелу, сидела в своей комнате за столом и прилежно писала приглашения.

Достопочтенная герцогиня Катринская, приглашаю вас на свой тейбл-ток, который состоится в эту среду в моем саду. Смею обещать не только содержательную беседу в кругу знатнейших леди Эльмарино, но оригинальное развлечение, равных которому вы не найдете во всей Селендории.

Дописав, женщина посыпала лист кварцевым песком, чтоб чернила не растеклись, и запечатала лист в конверт.

После чего сразу приступила к следующему. С тем же текстом, только завала она уже баронессу Монтоль — самую первую сплетницу на всем континенте.

Но Амаре того и надо было.

Она, наоборот, рассчитывала, что все, произошедшее на ее чаепитии, разлетится по Эльмарино со скоростью звука.

Пришла пора публично заявить свои права на Грэма Фрейзера.

Амара специально подгадала тейбл-ток на то время, когда адмирал уйдет в плаванье.

Ему незачем знать о том, что она собирается сделать на чаепитии. Пусть узнает по факту.

А вот всем остальным — о да!

Пусть все увидят, что она значит для адмирала!

Эта поганая переделка, ее падчерица Виола скоро перестанет путаться под ногами.

При мысли об этом Амара возликовала сердцем.

М-м-м, она придумала прекрасный план, как одним махом убить сразу двоих зайцев.

Избавиться от ненавистной падчерицы и завоевать расположение Грэма, которое, как ощущала Амара, почему-то начало от нее тихонько ускользать.

Она была опытной женщиной, которая тонко чувствовала такие вещи.

Все пошло кувырком с того момента, когда переделанная тварь вышла из комы!

При воспоминании о том, как Виола окатила Амару из шланга холодной водой, женщине хотелось рвать и метать. Она представляла, как ее руки смыкаются на тонком горле поганки и душат, душат, до тех пор, как ненавистная падчерица не издаст последний предсмертный хрип.

Надо было придушить ее еще тогда, когда Виола лежала в постели, безучастная ко всему.

О, как жаль, что Амара не успела от нее избавиться!

Только Виола была преградой на пути Амары к долгожданному счастью с адмиралом Селендории.