Оторва, или Двойные неприятности для рыжей

Туши свет, бросай гранату. Сейчас начнется!

— Зайчулечка! — прогремело в помещении, и я едва не застонала вслух, уронив руки на стол и голову на них.

Парни за соседним столом прыснули, долговязый брюнет по имени Олег стукнул себя по лбу. Забыл о своей прямой обязанности, зараза. Обычно он отвлекал своего негласного лидера в переломный момент, чтобы я успела тактично и ненадолго отступить, пережидая в незаметном уголке вечную блажь рыжеволосого детины. А тут Олежек то ли отвлекся, то ли со счету сбился…

А впухать придется мне!

— Харлей, нет, — скрипнула зубами, поднимая голову и глядя на радостно скалившегося рыжебородатого австралопитека. У Игоря от удивления брови на лоб подскочили — он-то хоть меня уже знал, но в данной компании видел впервые. А у этих идио… индивидов такие заскоки порой выпадали, что владелец клуба, мечтающий втайне ото всех о кофе с грушевым сиропом, невинным агнцем казался!"

"— Зайчушечка, — уже гораздо менее радостно протянул рокер, хмуря кустистые брови.

— Я сказала нет, — мрачно процедила, с остервенением гася окурок.

— Зая! — грозный рык сопровождался мощным ударом кулака по столу. Столик подпрыгнул, приборы жалобно звякнули, пара стаканов опрокинулась, парни в углу заткнулись. Звучащая из колонок музыка показалась какой-то слишком бодрой, а я только сильнее сжала зубы:

— Нет!

— Зайчучулик, — медленно протянул Харлей, расплываясь в угрожающей улыбке, и многозначительно похлопал лапищами по собственным коленям, — Не заставай меня вставать!

— Харл… — начала было я, но увидев, как моя ходячая головная боль начинает привставать с дивана, торопливо выставила вперед ладони. — Всё-всё, сиди на попе ровно. Иду, скотина ты рыжая.

Харя радостно заулыбалась, остальные вздохнули с облегчением. Ну, то есть те, кто хоть что-то понимал в происходящем. Я с самой грустной миной прихватила свои сигареты и встала, понимая, что дебильной во всех смыслах повинности мне не избежать, и остаток вечера я проведу в тесной близости с рыжим ящером мезозойского периода.

Но вдруг меня ухватили за запястье и дернули. Я шмякнулась. И с обалдением поняла, что оказалась сидящей на коленях у Богдана.

— Занято, — спокойно встретив нелестный взгляд Харлея, насмешливо пояснил Полонский, разворачивая мои ноги в его сторону и обнимая за талию, — Или ты против?

Хмурящийся все больше рокер одарил блондина тяжелым взглядом… и, неожиданно запрокинув голову, расхохотался!

— Наш человек! — одобрительно пробасила рыжий хариус, отсалютовал рюмкой и опрокинул в луженную глотку очередную порцию коньяка. Народ одобрительно посмеялся, выпил и снова принялся за разговоры. Миха одарил меня вскинутой бровью, но промолчал, а я же, тайком вздохнув, расслабилась.