Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!

Потому что мой прутик остался таким же, как и был. Пока на меня не налетела толпа наших.

Каждому не терпелось посмотреть, что вытащил другой. У Люси и Мегакрута в руках оказались одинаковые оранжевые хризантемы, что несказанно радовало гнома и так же сильно смущало Люсю. У Алеоры, Васима и Ядвиги в руках были листы ядовитого вида папоротника с Чароитских болот. Эро-Нах похвастался большим красивым бутоном аморалиса, от которого исходил сильный приторный запах. И слава богине, мой прутик никак на него не отреагировал.

— Пойду искать свою суженую, — заявил демон, горделиво подняв цветок вверх как факел. — Только у нас с Фейкой одно дело есть, да, Фей?

— Да, — кивнула я.

Я уже заметила стоявшего в темноте Ашшура, который прислонился к дереву и наблюдал за мной внимательным взглядом с прищуром.

— А что у тебя? — поинтересовался Янтар, который держал в руке огненный цветок, огнецвет, так называли разновидность этого росшего в степи мака, за яркий алый цвет, что сравнивали с языками пламени. В степи в траве они и правда выглядели как огоньки.

Янтар приблизился ко мне, и на моем прутике сбоку расцвел огнецвет. Янтар удивленно посмотрел на то, что у меня в руках.

— У Кантора такой же, — сказал Янтар и посмотрел в его сторону.

— Фей, можно тебя на минутку? — спросил Кантор, и я не могла ему отказать.

Мы отошли с ним. Кантор нервно повертел в руке свой огненный цветок, и мой прутик тут же отреагировал вторым расцветшим огнецветом с другой стороны.

— Досифея, я люблю тебя, — сказал Кантор, глядя мне в глаза. — И я буду за тебя бороться.

Не дав мне сказать ни слова, он развернулся и ушел. Навстречу ему грустно шла Вероника, но, увидев в руках Кантора огнецвет, расцвела. В ее руках был такой же.

Я позвала Эро-Наха и направилась к дракону. По пути наскочила на Трамариса."

"— Фея? — удивился он. — С праздником! Как ты? Мы давно не виделись.

В руках Трамариса серебрился северный цветок ледяной звезды. И мой прутик тут же выпустил сбоку такую же серебристую звездочку.

— Спасибо, хорошо. А как ты? — вежливо поинтересовалась я.

— Да так, как обычно. — Он пожал плечами и пожаловался с лукавой улыбкой: — Скучаю в одиночестве. Не составишь мне компанию?

Над нами покружился Аполло и уселся Трамарису на плечо.

— Доброй ночи, прекрасный Аполло, — вежливо поздоровалась я. — С праздником тебя.

— Нашла с чем поздравлять, — фыркнул сов-грифон. — Толпа. Нервно. Громко. Аполло не нравится.

— Так лети в лес на охоту, сколько можно жаловаться? — пожурил его Трамарис.

— И оставить тебя на съедение этим? — кивнул фамильяр в сторону.

Мы посмотрели, куда указывал Аполло, и заметили стайку хихикающих и откровенно кокетливо поглядывающих на магистра студенток-оборотниц.

— Ну, пойду, — улыбнулась я.