Подбор персонала в мире оборотней, или HR нигде не пропадет (СИ)

— Я… Я не с Тайгером… — решаю прояснить главный триггер Максана, — я шла с работы… А тут зверь… И я побежала… А Тайгер, он просто мимо… Проходил…

— Одна? Ночью? — Максан рычит уже тише, но отрывистые фразы, а еще появившиеся клыки во рту говорят, что волк себя едва держит… Да что за бред такой? С чего это все? И, самое главное, я-то причем? Я вообще не виновата!

— Вечер же… — бормочу я, чувствуя себя крайне неуютно под наливающейся тяжестью массивной тушей волка. Тревожит меня это положение! И напоминает кое-что, не совсем правильное, что у нас не так давно происходило. В этой же машине. На этом же сиденье.

— Машина тебе зачем? — продолжает он, уже тише гораздо, но мои надежды на то, что сейчас упокоится и отпустит, слабеют с каждым мгновением… Потому что взгляд волка наливается бешеной звериной зеленью. Тревожный признак! Меняй диспозицию, Сандрина!

— Хотела… Прогуляться…

— С Тайгером?

— Нет! Нет! Он мимо… Пробегал…

— Лучший детектив отдела убийств просто мимо моего офиса пробегал? Вечером? Ты сама-то себя слышишь?

— Но это так! — я хмурюсь и начинаю злиться. А это — не очень хороший знак. Для волка прежде всего. Потому что в обычном состоянии я — лапочка и няша, умею найти подход к каждому… Но если меня несправедливо обидеть или разозлить, то получается, как в том анекдоте, когда “плевать, на каком глазу у тебя тюбетейка”. И вот сейчас именно такая грань.

Только что я тут умирала, и волк переживал, просил потерпеть, а теперь, стоило мне недальновидно прийти в себя раньше времени, и все! Самая виноватая оказалась! И с чего бы это?

— На тебе слишком много его запаха… — зрачки волка зеленеют все больше, — для простого пробега… Сандрина… Если ты с ним встречалась тайно…"

"— Да прекрати уже! — я решительно толкаю массивную тушу босса в плечи, прекрасно понимая, что ничем мне это не поможет, я в его власти, но в любом случае, надо обозначить намерения сопротивляться до последнего, — отпусти меня!

Максан на мгновение замирает, смотрит на меня, отвечаю ему крайне решительным взглядом, ни тени игры или слабости, сейчас не время для нежных няш.

И затем нехотя убирает руки, садится рядом, трет лицо ладонью, словно пытаясь привести себя в чувство.

— Максан, — я, понимая, что еще чуть-чуть, и мой босс опять покроется бронебойной защитой, ловлю момент и напираю, — я не понимаю причин такого отношения ко мне. В конце концов, я — пострадавшая сторона. На меня напал какой-то маньяк…

— Кто? — Максан недоуменно отнимает ладонь от лица, и я соображаю, что такого слова тут могут и не знать, потому поясняю:

— Тот, кто сошел с ума, одержимый…

— А… Да, ты права… Это был одержимый. Брачная Луна близко, вот и сходят с ума самые нестойкие…

— Брачная Луна?

— Да… Впрочем, потом об этом.