Нечаянное счастье для попаданки, или Бабушка снова девушка

— Понимаю вас, — усмехнулась я и подумала, что мне тоже не хочется возвращаться в поместье, где нужно будет искать отравителя дракона и возвращаться к бытовым заботам. Здесь мы как на необитаемом острове, словно получили небольшую передышку перед тем, как ухнуть в водоворот грядущих событий. — Нужно будет как-нибудь выбраться в небольшое путешествие с Жориком. Ему должно понравиться.

— Вы так интересно называете Жоржа. Жорик… Никогда не слышал, чтобы это имя кто-то так произносил.

Я пожала плечами и улыбнулась:

— В моем представлении Жорж — это такой импозантный мужчина с тростью и котелком на голове. — Хотела еще добавить и грассирующий, как француз, букву р, но вовремя прикусила язык. Откуда здесь взяться французам? — А Жорик все-таки звучит мягче.

Мы медленно, словно дарили себе эти минуты, в тишине допили чай, догрызли галеты и начали собираться.

Пока граф прикреплял наши вещи на спину дракона, я решила собрать немного тех желтых цветков, которыми он лечил Хонора. Высушу, пусть лежат. А то мало ли понадобятся зимой, куда за ними бежать? Понятно, что они вполне могли быть у графа дома в драконьей аптечке, но мне хотелось, чтобы такое хорошее средство было и у меня. Нужно будет получше расспросить Алекса о физиологии и болезнях этих животных и способах их лечения.

Я подошла к перевязи. Алекс встал позади, чтобы подстраховать, и с удивлением посмотрел на цветы в моих руках.

— Хочу высушить, — пояснила я.

И как-то неудачно поставила ногу. Граф хотел меня поддержать, обхватил меня за талию, оказавшись совсем-совсем близко и тихо произнес:

— Осторожно.

Мы смотрели друг другу в глаза, сердце в моей груди билось, как сумасшедшее. В голове мелькали мысли о том, что нам нельзя, что это глупо и вообще… Но губы Алекса медленно приближались к моим, давая возможность оттолкнуть его и уйти, а я… Мне хотелось этого поцелуя. В это мгновение я физически не могла оттолкнуть Алекса.

Когда его губы накрыли мои, я вздрогнула: такими острыми и приятными были ощущения. Я так давно одна, что теперь казалось, что целовалась в первый раз.

Почему-то именно эта острота ощущения и отрезвила. Он — граф. Я — няня его ребенка. Между нами не только сословная разница, но и проклятие, убивающее его пассий. Такой роман или приведет меня к смерти, или разобьет сердце. Третьего не дано. Я не умею любить наполовину. А если так пойдет дальше, то влюблюсь в этого мужчину по уши.

Я отстранилась и посмотрела Алексу в глаза:

— Этот поцелуй останется здесь навсегда, и в это место мы больше не вернемся.

— Будут другие места, — сосредоточенно меня разглядывая произнес Алекс."

"— Не будут, — и неожиданно для себя положила голову ему на грудь и прикрыла глаза — так хорошо вот так стоять и вдыхать его запах.