Нечаянное счастье для попаданки, или Бабушка снова девушка

И в этот момент я поняла: пусть я не имею дара наездника, пусть та еще трусиха, но я буду летать на драконах! Да я готова работать на графа бесплатно, лишь бы снова ощутить все это!

— Граф, это потрясающе! — завопила я во все горло и снова увидела его белозубую улыбку.

Несколько минут мы летели, наслаждаясь видами и полетом, а потом я почувствовала нечто странное. У меня заболел живот? Нет. Точно живот не болит и не крутит, но ведь… болит же!

Я мотнула головой, не понимая, что происходит. А потом до меня дошло:

— Граф, Хонору болит живот!

— Что?

— Хонору плохо, но он не хочет признаваться! — сумела я разобраться в обрушившихся на меня эмоциях дракона. — Думает, что сейчас все пройдет, но ему становится хуже!

Граф обернулся и посмотрел на меня. За линзами его гоглов я не могла разглядеть выражения его глаз, но ощутила его недоверие.

— Точно вам говорю! Хонора можете не спрашивать! Он уперся и до последнего не признается! Гордый! — прокричала я, чтобы граф меня услышал.

Он кивнул и направил дракона вниз. Уже на подлете к земле я почувствовала дикую резь в животе и застонала. Хонор взревел и, плохо себя контролируя, взмыл вверх.

«Это не моя боль, не моя!» — пришлось повторить себе несколько раз прежде, чем удалось взять себя в руки. Дракона тоже ненадолго отпустило, и он так жалобно застонал, что я сама чуть не заплакала.

— Вы как? — обернулся обеспокоенный моими стонами граф.

Я махнула ему рукой, чтобы не обращал внимания, и погладила дракона.

— Тише, хороший мой, — прошептала, — тише. Спускайся. Боль может вернуться, но тебе нужно приземлиться, и мы с графом сможем тебе помочь, — бубнила я себе под нос, даже не рассчитывая, что дракон меня услышит, а передавая ему все это на уровне эмпатии. Сейчас, когда и мои чувства и эмоции, и его обострены, я точно знала, что он меня понимает.

Но стоило нам снова оказаться рядом с землей, как Хонора скрутил очередной дикий приступ боли.

— Держись, Хонор! Держись миленький! Нужно спуститься. В небе тебе никто не поможет. Тш…

Но ослепленный сильнейшей резью в животе дракон меня не слышал и снова взмыл в небо.

Мы пытались приземлиться несколько раз, но каждый раз боль не давала дракону этого сделать. Мы с графом пытались на него воздействовать, но резь была слишком сильной."

"Наконец, получилось. Я шестым чувством понимала, что граф дает дракону точно такие же указания, но иначе. И будь я на спине Хонора одна, вряд ли бы сумела до него достучаться — слишком сильную боль он испытывал. А может, все было проще — Хонор просто выбился из сил? Но наконец мы приземлились, и граф одним слитным движением выскочил из седла, быстро отстегнул меня, перекинул через плечо и ловко цепляясь за петли перевязи спустился вместе со мной вниз.