Магомама, или Попаданка наоборот

Даже на глазах у Антона, мол, фиг с ним, пусть приобщится, только дайте чудо!

«Я что-то всерьез беспокоюсь, — озабоченно заметила Шура, когда мы поднимались обратно в квартиру на ужасно ненадежном лифте, которого я перестала панически бояться только потому, что магия все же дала мне уверенность: если что, выберусь сама и детей спасу. — Вон его как распирает. А ты учти, Пашка у меня по сравнению с Антоном спокойный флегматик. И старший, смотри, уже как косится».

Шура была права: только мы вошли в прихожую, Тошка в сердцах бросил на пол ролики, обернулся к нам с братом, упер руки в боки и набычился:

— Говорите быстро! Что случилось?! Чего вы с утра как бревном пристукнутые!

Пашка в ответ точно тем же самым жестом упрямого бычка склонил голову, словно собрался бодаться, и принялся ковырять носком кроссовки ламинат, искоса поглядывая на меня.

— Да ничего особенного, Тош, — со вздохом пояснила я, проходя в кухню и начиная выкладывать продукты из пакета на кухонный стол. — Просто у меня в связи с недомоганием еще кое-какие проблемы возникли, Паша вчера ночью вставал воды попить и видел их, но обещал никому не рассказывать. Вот и ходит секретится.

— Серьезные проблемы? — Тошка всеми силами старался показать, что он, с одной стороны, взрослый и заботливый, а с другой мужик и непрошибаемый, панику разводить не собирается.

— Не, не слишком, — я улыбнулась, начиная складывать яйца в холодильник и поглядывая на застывшего в дверях Пашку и прошедшего в кухню Антона. — Мелочь. Вот такая примерно! И тут я подняла руку, сделала ладонь ковшиком и зажгла в ней маленький пушистый файербол, желтый, как цыпленок, и искристый.

Пашка в дверях аж взвизгнул от удовольствия, а Антон застыл с открытым ртом, глядя на огненный шарик в моей руке.

— Мама теперь супергерой! — не выдержал и выпалил младший, в восторге оттого, что хотя чужим никому говорить нельзя, но хоть брату похвастаться все же можно. — Видел?! Она из розетки может набирать электричество и потом швыряться молниями, как Шторм!

— Нет, молниями я швыряться не могу, — запротестовала я, гася файербол. — Более того, и не собираюсь. Мне больше нравится суперсила на кухне, которая тарелки моет. И эта суперсила называется «Антон и Павел».

— Я так и знал, что вы издеваетесь! — Тошка в сердцах грохнул на стол банку с кофе вместе с пакетом. — Это фокус был, да? У тебя там небось в руке игрушка какая-то.

— И ничего не игрушка! — тут же завопил младший, но я на него шикнула и заявила, что без мытой посуды и ужина никаких секретов и чудес больше не будет, а будет, наоборот, страшная, голодная и злая мама, которая не играет с сыновьями в чемпионат по пазл-квесту."

"Короче, с темы суперсил и магии мы как-то съехали на хозяйственные заботы и более-менее справились с этим делом.