Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

Стыдоба! Первый раз в гостях и при таком наряде…

Позор!

– Бабуля, у нас очаровательные гости?!

Наверху появились четыре молодца один другого краше. Рослые, статные, широкоплечие.

– А ну, исчезли, – по-генеральски рявкнула старушка. – Не про вас вишенка в красу входила.

Взгляды молодых ведунов прошлись по мне, задержавшись на босых ногах и пледе. Что-то такое появилось в их глазах, смущающее. Немного растерявшись и вжав голову в плечи, осознала, что краснею. Такое со мной впервые. Хотя раньше на меня разом столько красавцев маслеными глазенками не лупали.

Немая пауза затянулась.

– Эмес вишенку не оценил! – наконец хохотнул один из братьев, медноволосый.

– Ага, оценил бы и одеяла не отдал, – поддакнул самый высокий хлопчик с почти прозрачными леденистыми глазами. – Так что вишенка пока свободна.

– Это плохо! Можно даже сказать, прискорбно!

Я не поняла, кто это брякнул, но парни закивали.

– Еще слово, и я оставлю вашего старшего брата в покое и раскину на столе ваши миниатюрки. – Госпожа Валынская стрельнула взглядом на болтливых молодцов. – Глянем, на кого карта ляжет.

– Все, бабуль, поняли и исчезли. Инесса Валынская вышла на тропу любви!

– Валим, братцы, а то амур подстрелит в зад.

– Мяукнуть не успеем, как брачный браслет на шее щелкнет…

Бурчание смолкло, и этот квартет смело. Только дверь хлопнула.

Остановившись на ступеньке, я в недоумении почесала затылок, удерживая плед второй рукой.

– Это они жениться не хотят, – шепнул мне пожилой мужик с ближайшей картины.

От неожиданности я запнулась о плетущийся за мной длинный край одеяла и уселась на зад, прокатившись копчиком по двум ступенькам. Как же больно! Прикусив губу, зашипела и моргнула, отгоняя слезы.

Да что за день такой!

– Ну что же вы, юная барышня, такая неуклюжая! – пожурил меня другой старичок и покачал головой, перегнувшись через картинную раму.

Я отчетливо видела через него размытые очертания потолка.

Сглотнув вязкую слюну, снова разинула рот, но орать, пусть и неживому человеку, практически в лицо стыдно было. Невоспитанно.

– Вы привидение? – вместо этого пропищала.

– Я?! Да как можно! – От возмущения у дедули встопорщились длинные усы. – Я дух великого предка семейства Валынских…

– Да какой ты великий?! – возразил щупленький мужичок с козлиной бородкой из соседнего полотна. – Я всю жизнь положил, чтобы за тобой долги подчистить. И то не все успел – часть детям перешла…

– Тройное ха! Оба молчали бы, – пожилая дама на фоне морских скал раскрыла зонтик. – Игроки да бабники. Все как один.

– Вот кому тут точно слова не давали…

– Сама все на молодого бастарда драконьего рода спустила…

– Да был бы там дракон, господа! – Усы старичка и вовсе подлетели от праведного гнева.