МежМировая няня, или Алмазный король и я

Фонтан рассыпал солнечные брызги, шум воды умиротворял, а мраморная красавица, устроившаяся в самом его сердце на скамейке, кокетливо прикрывалась зонтиком. После угрозы и нам захотелось расслабиться, и мы немного почитали книжки. Которые, кстати, тоже оказались с секретом: стоило повернуть небольшой камушек в обложке, как зверушки на картинках ожили и начали бродить со страницы на страницу. Девочка с микрофоном тоже ожила и запела — удивительно красивый детский голос затрагивал самые потаенные струны души.

Я даже не сразу поняла, что поет Кристин: стоило мне повернуться к ней, как она замолчала, а льющаяся со страниц мелодия и тоненький голосок стали гораздо тише.

— Ты потрясающе поешь, — выдохнула я. — Кристин, твой отец об этом знает?

— Это тоже не ваше дело, — огрызнулась Капитан Вредина, она же Злючка, и привычно сложила руки на груди.

Понимая, что настаивать не стоит, я примирительно улыбнулась.

Судя по тому, как урчал мой желудок, девочки тоже должны были проголодаться. Сейчас отведу их в дом и выясню, когда у них обед.

— Как считаете, нам пора покормить команду?

— Пора, — буркнула Кристин.

После чего мы оставили рубку и вернулись домой. Вышагивая по коридорам, гордо задрав голову, Кристин что-то шепотом рассказывала сестре, а я снова шла чуть позади. Шла и улыбалась до той минуты, пока мы не оказались в холле. В этот миг я вдруг отчетливо поняла, что даже думать забыла про дом, искренне наслаждаясь обществом близняшек и игрой с ними.

Осознать эту мысль мне не позволили: по холлу прокатилась мелодия звонка, и, чудом не влетев в меня, откуда-то выскочил уже вполне здоровый Жужжен. О том, что в нашем мире за такие технологии отдали бы все доходы от медицины и фармацевтики, вместе взятые, я тоже особо подумать не успела. Потому что дворецкий распахнул дверь, что-то там недовольно пробормотал, а потом повернулся ко мне с самым зловещим видом. В руках у него была какая-то коробочка и огромный букет.

— Какие красивые! — в унисон восхитились близняшки, глядя на ярко-красные цветы, которые венчала голова мажордома.

Ну, она, конечно, их не венчала, а просто торчала из букета. Тьфу ты! Луреозы в хрустящей обертке закрывали Этиля от пояса по самый подбородок, отчего казалось, что у него отсутствует половина туловища, а голова растет из цветов. Но, кажется, меня куда-то не туда понесло. А все из-за Жужжена, по милости которого я растерялась, когда он вдруг ни с того ни с сего протянул мне букет с кислой миной и со словами:

— Это вам, мирэль Тонэ.

Кислая мина, к счастью, к цветам не прилагалась, осталась при дворецком. Зато в комплекте с луреозами, очень похожими на земные розы, если не считать роя блестящих песчинок, безмятежно паривших над бархатными лепестками, шла элегантная черная коробочка.