Отказная жена Феникса или Карьера дерзкой попаданки

А в моей комнате меня ждало еще одно послание, в этот раз от лэна Плинора, инспектора Гнезда Люминоров. Он напоминал о своем скором визите и оповещал, что прибудет вместе с лэном Гидеоном Фальконом.

Я так устала, что эта новость меня совсем не впечатлила. Да пусть делают что хотят! Пущусь в бега. Да! Соберу всех и эмигрирую… куда-нибудь!

В полудреме начала подсчитывать количество человек, которых придется брать с собой, и приуныла. Какой-то цирк шапито получился.

… Встреча получилась… торжественной. В указанный час все мы стояли на крыше особняка. Мы Ксандриэлем выдвинулись вперед, за нами чинно выстроились Дерси, Динфэй и Габби, слуга и моя помощница – в отглаженной униформе, которую мы откопали на чердаке в тех же щедрых сундуках.

Мелкий держался поближе ко мне. Я пока не собиралась посвящать в свои планы по поводу мальчика ни мужа, не представителя Гнезда Люминоров. Николель работал над документами для опекунства. Это было первым шагом к усыновлению. По местным законам моему поверенному требовалось начать поиски родителей мальчика и доказать, что они от него отказались по собственной воле и без принуждения.

Крыша была вычищена от копоти, пыли и мусора, нанесенного ветром. Наступали сумерки, и Динфэй разжег сигнальные костры по углам площадки.

Фениксы почти одновременно опустились на каменное ограждение. Обе птицы не спешили оборачиваться, встряхиваясь после долгого полета и горделиво осматриваясь.

«Они прекрасны», – мысленно признала я со вздохом. Очень похожи на те картинки, что иллюстрировали сказки про фениксов в наших книжках. И жар-птиц. По крайней мере, именно такими я жар-птиц в детстве и представляла.

Орлиная голова. Окрас перьев переливается от бледно-розового до ярко-оранжевого, по кончикам крыльев бегают красноватые огоньки.

Я шагнула вперед и поклонилась господину представителю. Лэн Плинор милостиво кивнул, наклонив голову набок.

— Добро пожаловать в Фаир-Глан, — учтиво сказала я. — Мы полностью к вашим услугам.

Развернулась к бывшему мужу и тем же вежливо-официальным тоном проговорила:

— С возвращением, лэн Люминор.

Ксандриэль деликатно кашлянул за спиной. Я опомнилась и отступила на несколько шагов. Находиться рядом с перекидывающимся фениксом было опасно.

Птицы окутались ярким огнем. Я не ошиблась: тот, кто слева, оказался лэном Плинором. Он шагнул с парапета на крышу, покряхтывая и поводя плечами:

— Простите, лэнья Роули. Расстояние большое, а я уже не так молод. Нужно было воспользоваться порталом, но я не очень их люблю, потом долго прихожу в себя.

Гидеон, надо отдать ему должное, был, как всегда, великолепен, особенно с этими искорками, все еще пробегающими по его волосам.