Таверна «Хитрая свинья», или Котлета для генерала

Не обращая на меня внимания, он положил мужчину на кровать. Герцог прикоснулся к его лбу, после чего, тихо выругавшись, проговорил:

– Да он весь горит… Черт! Только не это…

Я удивленно замерла, наблюдая за происходящим. Эджертон вел себя совсем не как военный, обнаруживший разбойника. Скорее он был взволнован. Да что здесь происходит?!

– Вы можете помочь Адаму? – генерал повернулся ко мне. В его глазах застыло напряженное ожидание.

– Я могу помочь, – в дверях хижины появился Дон Ивэн. – Я уже дал раненому отвар из трав. Но нужно время, чтобы он подействовал. Сейчас требуется нанести на рану заживляющую мазь.

– Поторопись, – Эджертон отошел от кровати и снова обратился ко мне: – Леди Карлайл, я прошу вас молчать о том, что здесь произошло.

Вот так поворот. Я совершенно ничего не понимала.

– Я не понимаю… Вы не станете арестовывать разбойника?

– Давайте выйдем отсюда, – сказал генерал, направляясь к двери. – Кто-нибудь из солдат может вернуться.

Сгорая от любопытства, я последовала за ним. Мы остановились под сенью деревьев, и Эджертон, поколебавшись, заговорил:

– Мне ничего не остается делать, как открыться перед вами, надеясь на вашу порядочность… Но вы и так не побоялись оказать помощь раненому. Даже узнав, кем он является на самом деле.

Генерал замолчал. Хотя его красивое бледное лицо было спокойным, в глазах плескалась плохо скрываемая боль. Через минуту он продолжил:

– Адам – мой кузен… В детстве мы играли вместе, гоняясь друг за другом по зелёным лужайкам поместья. Воровали печенье на кухне, строили дом на дереве. А потом влюбились в одну девочку… Диану Гротенхэм… Адам с детства был бунтовщиком, а достигнув совершеннолетия, и вовсе стал противоречивой фигурой в обществе, – грустно усмехнулся Эджертон. – С ранних лет его непокорный дух проявлялся в стремлении бросить вызов устоям. С каждым годом его самовольство только возрастало. Кузен мечтал о свободе, отвергая золото, роскошь, положение в обществе, которые судьба предписала ему по праву рождения. Став, следующим графом Норфолк, Адам понял, что его судьба – не просто бунт против короны. Ему предначертана великая миссия – сплотить людей вокруг идей свободы и справедливости, объединив их в борьбе с тиранией. Так он оказался тем, кем является сейчас…

– Боже… Жестокий Адам ваш брат… – прошептала я, с трудом переваривая услышанное. – Разбойник, устроивший заговор против короля. А вы генерал армии Его Величества… Какое ужасное положение…

– Да, мой кузен разбойник, но я никому не позволю причинить ему зло, – сказал генерал. Я обратила внимание, что его руки сжались в кулаки.