Любовь не на шутку, или Райд Эллэ за!

 – Она сморщилась точно от боли, изящная рука, украшенная лаконичным перстнем, потерла место в области солнечного сплетения.

– Леди Литиция, я с вами. Пусть даже ваш муж меня на клочки разорвет. Что нужно делать?

– Меня никто не желает слушать. Только Райд на стороне сестры, да и то смотрит на все глазами мужчины. Остальные считают: отец в своем праве. Наш протест расценивается как дамский каприз со стороны Кассандры и потакание – с моей. С обрядом тоже не все так просто. Мужчина может отказаться сам, а вот девушке нужны заступники. Я даже жалею, что Кэс еще девственница, иначе достаточно было бы только ее собственного отказа и нашего слова. А сейчас, чтобы остановить обряд, два разнополых родных человека и два не связанных родственными узами должны высказаться против этого союза. Но есть условие – все должны по-настоящему ее любить или испытывать другие глубоко положительные чувства вроде искренней бескорыстной дружбы. Ты считаешь мою дочь подругой и хорошо к ней относишься, но пока ты не жена моему сыну, а значит, еще не родственница. Тени прислушаются к тебе, я уверена. Я и Райд вступимся со стороны кровных родственников. Только вот где искать еще одного мужчину, который хорошо относился бы к Кассандре и не побоялся пойти против Мая Эллэ? Как показала жизнь, это намного сложнее, чем я думала. Никто не желает пойти против воли моего мужа, да и мне сложно о подобном просить. – Она замолчала, задумавшись.

А я пыталась переварить услышанное, раз за разом возвращаясь к одной мысли. «Что-то вроде синдрома истинной пары». Что имела в виду природница? Просто привела как пример или… Не может же она воспринимать эту антинаучную ерунду всерьез?

– Вдобавок Май ограничил количество гостей. Планируется скорее семейный ужин, чем официальное торжество. Я уже жалею, что рассердилась и отказалась заниматься помолвкой, тогда бы не было большой проблемой пригласить нужных мне людей. Потому Май так легко и смирился! – осенила ее догадка. – Нерушимые узы – совершенно не то, что принято демонстрировать широкой публике.

– А как же я? Я не являюсь частью семьи.

– С тобой как раз никаких проблем. Как пара нашего сына, ты обязана присутствовать. Среди мужчин моя последняя надежда – Вердерион Норанг. Думаю, принц не откажет другу и не испугается гнева лорда Эллэ. Только есть у меня опасение: его слова может быть недостаточно, чтобы разрушить ритуал. Ведь он не был частым гостем в нашем поместье, хоть и дружит с Райдом много лет. Да и с Кассандрой общался мало и вряд ли испытывает к ней привязанность.

– Леди Эллэ, я люблю вашу дочь и сделаю все, что прикажете, ради ее счастья. Даже отдам жизнь, если потребуется, – на тропинке появился осунувшийся, но исполненный решимости Сандр.