Друзья или любовники? (СИ)

— А что? Наверное, подобное было бы твоему бывшему хорошим уроком…

— Нет уж, спасибо, я ещё не стала эксгибиционистом. А насчёт Лили… Боюсь, у тебя нет другого выбора, кроме как терпеть и ждать. Знаешь, готова поспорить, что она не выдержит долгую осаду. Не привыкла добиваться мужчин. Переключится на кого-нибудь другого.

— Мне в целом без разницы. Главное, чтобы на мозг Соне не капала.

Яр помолчал, задумчиво глотнул чаю из своей чашки, вглядываясь в напиток. Он взял чай с мятой, малиной и ежевикой, поэтому тот был мутным — примерно как мысли в его голове сейчас.

— Не пойму, куда делась моя любовь к Лиле? — пробормотал Яр вопрос, который беспокоил его в последнее время. — Ведь её уверенность в моём прощении на ней и основывается, по сути. А я никакой любви не чувствую. Чувства есть, но скорее негативные — обида и злость, презрение и брезгливость. Но ничего позитивного. А любовь — это всё-таки что-то позитивное.

— Необязательно, — возразила Алина. — Знаешь, из меня химик, конечно, тот ещё… Но вот если сравнить любовь с сосудом, наполненным водой… Что будет с этой водой, если поставить её в морозилку? Она замёрзнет. По сути вроде бы та же вода, но не течёт уже, твёрдая — можно вытащить и этим куском льда голову кому-нибудь проломить. Вот и любовь так же. Твой сосуд, наполненный водой, поставили на холод, и она замёрзла. Лиля сейчас пытается растопить лёд, а ты сопротивляешься. И только тебе решать, хочешь ли ты, чтобы он растаял, или предпочтёшь оставить его замороженным. Или вообще выбросить.

— Не знаю, не знаю… — покачал головой Яр, усмехаясь. — Мне кажется, меня скорее поставили на огонь, и вся вода нахрен выкипела. А Лиля теперь хочет наполнить меня чем-то другим, из своего сосуда, но я не хочу. Неважно, чем это будет — хоть водой, хоть дерьмом, — всё равно оно уже не моё.

— Тоже хорошее сравнение, — чуть печально улыбнулась Алина. — В любом случае огромное разочарование в человеке любовь убивает. Иногда медленно, но порой и быстро. Весьма сложно, знаешь ли, любить мужчину, который унёс из дома всю туалетную бумагу.

Яр засмеялся. Он не знал больше таких людей, как Алина — чтобы могли любую ситуацию, даже трагическую, превратить в шутку.

А ведь отец когда-то говорил ему: «Не упусти!». Яру до сих пор было неловко и стыдно вспоминать о тех словах, поэтому он предпочитал этого не делать.

Вечер с Корнеевым был душевным и даже почти не эротическим. Почти — потому что после возвращения ко мне домой мы всё-таки уделили внимание не только разговорам, но и сексу.