Друзья или любовники? (СИ)

— выдохнула она, оглядывая накрытый стол, и растерянно улыбнулась. — Ух…

— Нашёл у тебя свечи, решил, что нам не повредит немного романтики, — произнёс Корнеев, а затем, чтобы разрядить обстановку, которая после этих слов непроизвольно начала становиться напряжённой, плюхнулся на табуретку и заявил: — Ну, где там моя еда? Давай, корми меня. А то я и вправду тебя съем.

— Не сомневаюсь, ты можешь, — по привычке отшутилась Алина и тут же забегала по кухне, занимаясь ужином. А Яр сидел и смотрел на неё.

После душа Пирожок надела короткие джинсовые шорты и тунику горчичного цвета, из выреза которой весьма соблазнительно выглядывала её невероятно пышная грудь, и не до конца досушила волосы — скорее всего, Алина лишь промокнула их полотенцем. Она выглядела настолько домашней и соблазнительной, что Яр залип. Никак не мог оторвать взгляд от девушки, всё смотрел и смотрел, чувствуя, как в нетерпении зудят пальцы — настолько хотелось подойти к Алине и хотя бы обнять её.

Она что-то болтала, кажется, рассказывала про сегодняшнюю экскурсию, но Яр почти не слушал. Кивал только и улыбался, когда улыбалась Алина, просто наслаждаясь тем, что она здесь, рядом, и больше не плачет.

В конце концов Пирожок заметила, что он не слушает, и возмутилась:

— Ну Яр! Я тебе столько всего рассказала сейчас, а ты!

— Прости, — покаялся он, хотел сказать: «Ты слишком красивая, я поплыл мозгом», но решил не пугать. — Я просто слишком хочу есть, вот и внимание рассеянное.

— А-а-а, — засмеялась Алина и поставила перед Корнеевым тарелку с супом. — Ну, сейчас мы это исправим.

— А ты предлагаешь ждать? — поднял брови Яр. — Я вот предлагаю с него начать, как положено. Это называется «аперитив». Выпил рюмочку — и аппетит получше.

— Он у тебя и так лучше некуда, — проворчала Алина, но в холодильник за коньяком полезла, и даже лимон быстро порезала. Храбро выпила рюмку вместе с Яром, чокнувшись и важно кивнув в ответ на его тост: «Чтобы больше никаких пьяных дебилов в нашей жизни не случалось», а потом, кашлянув, засунула в рот дольку лимона. Не поморщилась даже.

— Как ты его так ешь — без сахара? — изумился Яр. — Меня всего передёргивает, когда я на тебя смотрю.

— Неправда! — фыркнула Алина. — Ничего тебя не передёргивает. Смотришь и смотришь. Как будто я тут не в одежде, а голая хожу.

— Если бы ты тут голая ходила, я бы на табуретке не усидел, — засмеялся Яр, и Пирожок явно смутилась, опустив взгляд. Интересно, сколько коньяка ей нужно выпить, чтобы она наконец перестала заморачиваться? — Ещё рюмочку?

— Да, — пробормотала Алина поначалу, но тут же осеклась. — Нет! Сначала надо поесть, иначе меня унесёт в космос на коньячной ракете. Эх, жаль, хлеба нет. С хлебом я не так быстро пьянею.