Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

О чём они там разговаривали несколько часов подряд, я не знала – в тот день я давала уроки в местной школе. Но девушке явно не хватало общения, и домой, со слов Юна, она вернулась сильно повеселевшей. Кажется, в Ноош-Тейне у неё не было подруг, а её маменька влияла на самооценку Магреты самым пагубным образом.

Через пару дней охранники Магреты вновь привели её саму, но ещё Юн бережно нёс гитару.

– Тесса Аурелия, – смущаясь, обратилась девушка ко мне. – У меня, конечно, не ахти какой талант… Вот и маменька считает, что баловство… А я так люблю музыку! И госпожа Ризе, наоборот, говорит, что я будто бы раскрываюсь, когда играю… Да мне и самой нравится – так сразу хорошо на сердце делается…

– Дорогая, вы чудесно играете! – уверила я её, ничуть не покривив душой. – Я совершенно согласна с Имельдой – вы будто светитесь, стоит вам коснуться струн. И вашу любовь я полностью разделяю. Хотите, поиграем вместе?

– Я… В общем, я хотела вам предложить… Госпожа Ризе сказала, что вам не хватает музыкального сопровождения в вашем благородном деле обучения этикету этих достойных мужчин… И… вы же лучше всех знаете, что пристало девицам делать, а что нет… Даже маменька моя так сказала. В музыке и танцах ведь нет ничего неприличного?

Я еле сдержалась, чтобы не расцеловать их обеих в щёки. Ай да Мелли! И мне помощницу сыскала, и бедняжке Магрете развлечение нашла. Вот радость-то ей была годами сидеть дома, теряя последние надежды.

– Уверенности ей в себе не хватает, – шепнула мне на ухо Мелли, пока наша гостья настраивала гитару. – Мамаша совсем затюкала, чуть не в лицо её дурнушкой величает. Глазки вон совсем потухшие. А как играть начнёт – так действительно светится, это ты верно подметила, Ари. А я уж тут словечко, там ты второе добавишь, авось и вытравим из неё тревогу эту… Представляешь, ущербной себя считает, дурочка этакая. Расстаралась же мамаша… Ну да я научу эту малютку, что прежде саму себя полюбить надо, а там уж и остальное прилепится…

– Мелли, – я поразилась этой доброте и чуткости. – Да вам самой в тессы идти надо было! А лучше в целители душ – слышала, в Астеви-Раше это сейчас очень модно…

– Да скажешь тоже, – буркнула Имельда. – Стану я все ваши фразочки да протоколы запоминать… Я-то женщина простая, из книжек только романы и читала. А малюток жалко. Это ж вы, тессы, из этих утят лебёдушек растите, а я так – пригляжу, соломки набросаю, под крылышком погрею. По клювику иногда щёлкну, не без того – чтобы не совали, куда не надо.

– Какая же вы удивительная женщина, госпожа Ризе, – улыбнулась я. – Если Николас снова начнёт мне жаловаться, то отныне я на вашей стороне.

– Ну и лиса ты, Ари, – отмахнулась порозовевшая Мелли. Но клюнула меня в щёку, приобняв.