Их невинная пленница

Гэвин знал, что его братья тщательно развратили Ханну прошлой ночью, но когда она посмотрела на него с невинным взглядом, то все, о чем он мог думать - что он был бы первым мужчиной на ее языке.

Она лизнула его медленно, как мороженое в летний день.

Затем она отодвинулась назад, ожидая, сомневаясь.

- Еще, Ханна. Оближи всю головку. Возьми ее в рот.

Она всегда так красиво реагировала на команды, и он ожесточил свой голос сейчас. Он сделал его глубоким и безжалостным.

Почти мгновенно, этот язычок обежал по всей чувствительной головке его члена. Гэвин стиснул зубы, чувствуя, словно огонь побежал по его спине. Желание обожгло его.

Милая Ханна была настолько покорна, так готова. Он никогда не ощущал желание иметь женщину, которая бы называла его сэр, которую бы он хотел отшлепать и смотреть, как попка розовеет под его рукой. Ханна изменила все. Гэвин мог бы связать ее и она бы ожидала его, такая доверчивая. Это было бы прекрасное зрелище.

Ханна обрабатывала его член, облизывая и целуя. Она так легко ему доверилась. Она не доверяла бы ему вообще, если бы знала, кем он был глубоко внутри. И его братья никогда не простят его.

Черт, он не должен был делать этого с ней. Команда, чтобы остановить ее, уже хотела слететь с кончика его языка, но потом все изменилось, Ханна полностью проглотила его член, на всю глубину, до самого горла. Он прошипел и застонал. Ему было так хорошо. У него были женщины, которые давали ему гораздо больше того, на что он мог рассчитывать, так почему же от неискушенного рта Ханны он чувствовал головокружение? Он посмотрел вниз на свой член, который исчезал в ее девственном рте. Ее глаза при этом были закрыты, а на лице застыло выражение блаженства.

Он так долго ждал, чтобы коснуться ее. В ту минуту, когда они встретились, Гэвин знал, на каком-то уровне, что ее добро и свет были идеальным отражением его ужасной, темной души. Будь он лучше, он мог бы ее заслужить. И если бы он был лучше, он мог бы сдвинуть небо и землю, чтобы сделать ее счастливой.

Но этот украденный момент будет единственным разом, когда он прикоснется к ней.

- Возьми больше, детка. Ты можешь принять меня полностью. Давай же.

Гэвин говорил нежным голосом, запутываясь руками в ее волосах, хватая их горстями. Ее длинные и мягкие волосы сделали отличную опору для захвата, пока он трахал ее рот все глубже, продвигаясь дальше по дюйму.

- Дыши через нос, Ханна. Ты справишься.

Ее руки нашли его бедра. Она сильно сжала их пальцами. Она дрожала, широко раскрыв губы, чтобы приспособиться к его толстому члену. Он снова, еще на дюйм погрузился в ее горячий рот.

Она не колебалась, взяла их в руку, потирая. Он вздрогнул. Его яйца были плотно прижаты к его телу и он чувствовал себя настолько наполненным. Каждая унция предназначалась именно ей.