Их невинная пленница

О, она не может сесть в этот автомобиль. Ни в коем случае. Нет, нет. Но если у нее получиться убрать Лайла, как можно дальше от Скотта, то она сможет попробовать убежать.

- Все не так просто, дорогая. Во-первых, я хочу почувствовать то, что ты дала этим шишкам. Сними пеньюар. Поскольку ты шлюха, ты можешь ездить и без одежды. Ты хочешь попробовать моей чистой любви? Ты можешь быть моей сексуальной рабыней. Я могу взять тебя так, как это сделали они. Я покажу тебе, что значит настоящий мужчина.

Скрывая свою дрожь, Ханна боялась, что уже знает ответ. Он был отвратительным женоненавистником, который был болен, и от этой болезни не было лекарств. Ей было плевать, что именно убило душу Лайла.

Ее беспокоило только то, чтобы он больше никого не убил.

Дрожа, она рукой пыталась найти завязку на своем пеньюаре. Она хотела быть обнаженная в солнечном свете. Она хотела дождаться своих мужчин, чтобы они нашли ее и занимались с ней любовью.

Теперь она могла только надеяться, что они спасут ее.

Гэвин нашел на кухне именно то, что хотел.

Ромашковый чай. У Ханны был тяжелый день. Он попытался не давить на нее, дать ей время и пространство.

Но между ними осталось несколько нерешенных вопросов, которые съедали его.

Ему нужно было увидеться с ней. И после нескольких минут, которые длились, как несколько месяцев, он налил ей в чашку горячего ароматного чая. Это было поводом, чтобы войти в ее комнату. До этого, проходя мимо ее спальни, он слышал звук бегущей воды.

Попытка поранить мужчину стеклянным бокалом было неблагодарным делом.

Он бы не удивился, если бы Ханна была сейчас в душе, пытаясь расслабиться.

Может быть, если им удастся спокойно обо все договориться, ему удастся уговорить ее, положить свою голову ему на плечо. После обнять ее и удерживать в этом положении. Это было все, чего он хотел.

Его внутренний голос вернулся к нему, но претерпел заметные изменения. Гэвин нашел блюдце для чашки, как сказал ему его новый внутренний голос.

"Ты должен обнять и поцеловать ее. Ты должен показать ей, каким нежным ты можешь быть, а не таким грубым, как был ранее. Ты должен доказать ей, что ты можешь дать ей все, в чем она будет нуждаться. Ты можешь любить и защищать ее. Ты можешь измениться для нее."

На самом деле он не менялся. Он возвращался к тому, кем он был.

Гэвину нравился его новый внутренний голос. Он был удивлен тем, что говорящий внутри него, был очень похож на его Ханну.

Он взял чашку и пошел по коридору. Прямо сейчас, как бы ему не хотелось, он не собирался заниматься любовью с Ханной. Он хотел удержать ее рядом с собой.

В следующий раз, когда он будет заниматься с ней любовью, его братья будут рядом. Они будут играть в команде, и это будет так, как и должно быть.

Раздался отдаленный треск, резкий, знакомый звук.