22 июня — 9 мая. Великая Отечественная война

В полосе обороны 6-й гвардейской армии было установлено 75 тысяч противопехотных и 90 тысяч противотанковых мин. Количество запасных позиций для танков и противотанковой артиллерии исчислялось тысячами. Минометчик М.Г. Абдулин вспоминал: «Нас каждый день «утюжили» наши Т-34 Учились кидать бутылки с горючим, противотанковые гранаты». Были напечатаны и розданы инструкции по борьбе с новейшими немецкими танками «Тигр» и «Пантера». Однако, как вспоминал самоходчик В.С. Крысов, «когда раздали инструкции по борьбе с вражескими танками, в которых на рисунках красными стрелками были указаны их уязвимые места, мы поняли, что нашими 122-мм гаубицами лобовая броня всех этих «зверей» не пробивается». В артиллерийских подразделениях отбирались бойцы, добившиеся успехов в борьбе с немецкими «панцерами», их назначали командирами взводов в новых подразделениях. Расчеты, потерпевшие поражения в боях с танками, напротив, выводились в тыловые части. В течение двух месяцев велась настоящая «охота» за пушечными снайперами. Лучшие наводчики орудий приглашались в истребительные противотанковые полки. По приказу Ставки Верховного Главнокомандования им увеличили денежное содержание и паек. Наводчики, упражняясь в стрельбе по движущимся макетам «Тигров», достигали высочайшего мастерства, попадая из пушки по стволу танкового орудия, командирской башенке или в смотровой прибор механика-водителя. В июне 1943 года Ил-2 получили новое противотанковое оружие – авиабомбы ПТАБ с кумулятивным зарядом. По приказу Сталина наличие этих бомб держалось в строгом секрете до самого начала танковых сражений на Курской дуге."

"Нет ничего удивительного, что командующий Воронежским фронтом Н.Ф. Ватутин был не в восторге от идеи «преднамеренной обороны». Его силы были разбросаны на широком фронте и при неблагоприятном стечении обстоятельств «преднамеренная оборона» могла привести к обвалу фронта и катастрофе. Перейти в наступление, пусть даже с риском получить щелчок по носу, аналогичный весеннему Харькову казалось Николаю Федоровичу меньшим злом. Тем более, как уже было сказано выше, Воронежскому фронту удалось восстановить силы и войска были готовы к активным действиям. Расчет Моделя на то, что советское командование потеряет терпение и начнет наступательные операции был, несомненно, обоснованным. Задержка с переходом немцев в наступление заставила нервничать самого Сталина. Начальник Генерального штаба Красной армии А.М. Василевский вспоминал: «Николай Федорович Ватутин неоднократно ставил передо мной вопрос о необходимости начать самим наступление, чтобы не упустить летнее время… – Александр Михайлович! Проспим мы, упустим момент, – взволнованно убеждал он меня.