Матабар III

При этом маг вовсе не выглядел недавно окончившим учебу, молодым офицером. На вид ему, судя по морщинам и дряблости кожи, лет сорок пять. Может чуть меньше — слишком старил вываливающийся из застиранного, местами порванного, мундира темно-зеленого цвета. Такие носили в пехоте.

Потертые, армейские кирзовые сапоги резко контрастировали с офицерскими погонами, на которых застыли, помимо знаков отличия майора, звезды четырех, трех и снова трех лучей.

Не обратил, если бы не тот факт, что в рыхлом лице офицера Арди обнаружил уже знакомые ему черты. Он уже видел эти покатые скулы, топорщащуюся нижнюю губу и маленькие, тесно посаженные глазки.

В ушах сам собой прозвенел голос Марта.

А вместе с ним и предупреждение Бажена о том, что одна из дочерей полковника Кштовского вышла замуж за Семена Давоса. Видимо вышла еще до того, как тот подчинился зову бутылки.

Синий, замызганный плащ с разорванным подолом трепыхался за спиной неуверенно спускающегося брата человека, с семьей которого Ардан не собирался пересекаться.

В навершии посоха Давоса пылал в отсветах каминного огня зеленый кристалл. Не слишком чистый, не совсем мутный. Скорее всего списанный из-за недостатка качества, бракованный военный накопитель.

На пальце обнаружилось точно такое же кольцо, как и у Глеба. Внутри — алый накопитель. Так что, по самым скромным прикидкам, Семен имел, в данный момент, в своем запасе тринадцать красных лучей, десять зеленых и, благо что синих накопителей не принес — все еще три синих.

— На самоубийц вы не похожи, — прозвучал тон человека, который уверен, что сами Ангелы придут к нему на поклон.

Семен спокойно, игнорируя наставленный на него револьвер Огланова, подошел к бару и вытащил оттуда бутылку дорогого коньяка с бокалом на тонкой ножке, но широченным горлышком. Такой удобно держать в открытой ладони.

Налив себе едва ли не триста грамм, Семен сделал несколько шумных, больших глотков — будто не крепкий алкоголь по баснословной цене, а простую воду хлестал.

Арди, глядя на представление, чуть скривился.

Поставив бокал обратно на стол, Семен нахально плюхнулся в кресло и запрокинул голову на спинку, уставившись в потолок. Видимо его куда сильнее занимала изящная, сложная лепнина, изображающая листья Линтеларского винограда, нежели револьвер Петра и посох Арда.

— Дайте-ка угадаю, — Семен небрежно водил пальцами перед лицом, прослеживая хитросплетение лоз. — Вы, наверное, Петр Огланов, отставной Главный Инспектор. Плюнули в лицо министру внутренних дел?

— Дважды, — уточнил Петр.

— Понятно, — протянул Семен и чуть дернул подбородком, словно поворачиваясь к Ардану. — А вы, наверное, тот несчастный маг, которого Петр убедил ввязаться в эту авантюру… Зря, конечно.