Бескрайний архипелаг. Книга III

Просто все понимали: следующим шагом станет бойня. Тогда и приняли решение. Прямые выборы. Честные. Открытые.

В день голосования люди пришли на площадь центрального квартала ранним утром. После того как претенденты произнесли вступительные речи, начался процесс. Две с половиной тысячи человек отдали голоса за Бернаскони. Полторы тысячи выбрали Холодова.

Бенджамин Бернаскони стал официальным лидером фракции. Его девиз звучал резко и просто: «Единство ради выживания. Контроль ради прогресса.»

Уже на следующее утро случилось непредвиденное. Те, кто поддерживал Холодова, назвали себя «Северянами» и молча покинули город. Шли с минимумом вещей, забрав только оружие и самое необходимое. Никто не стал их останавливать. Не потому, что боялись, а потому что поняли: стоит попытаться — прольётся кровь.

Через три дня на северном мысе бухты «Надежды» выросло новое поселение. Оно больше напоминало военную базу, нежели город. Грубые бревенчатые стены, натянутые сетки, дозорные башни, укреплённые сторожевые посты — всё говорило о том, что Северяне готовились не жить, а выстоять."

"И всё же обе стороны не теряли разум. Враги по-прежнему были повсюду. Дикие твари не сидели на месте, ведь зачастую мигрировали колониями, порой приближаясь к поселениям на опасные расстояния. Помимо внутреннего врага был и внешний. За всё время присутствия людей на Новой Земле предпринялись две попытки захватить остров.

Негласное соглашение о сосуществовании не обсуждали вслух, но оба лидера его соблюдали. Бернаскони делился добытыми из шахты осколками и камнями бездны. Он понимал, что от ценного ресурса зависит развитие городов и самих людей. И если перекрыть кислород Северянам, то рано или поздно они решат взять шахту силой. На их стороне были опытные бойцы, среди которых числились не только военные, но и преступники всех мастей.

Александр Холодов, в свою очередь, организовал регулярные дозоры и защищал территории от внешних угроз.

Между двумя поселениями наладилась торговля. Караваны с охраной курсировали вдоль побережья. Происходил обмен продовольствием, инструментами, снаряжением, схемами и разведданными. Иногда проводились совместные охоты в джунглях.

На поверхности всё выглядело спокойно. Но в каждом взгляде, в каждом рукопожатии и слове ощущалось, что мир хрупок. Под этим тонким налётом цивилизованности клокотала взаимная неприязнь. Когда Северяне посещали столицу, на них смотрели с плохо скрываемым презрением, как на варваров, примитивных вояк. «Бандиты Холодова», — шептались за их спинами.

В свою очередь, люди Александра называли последователей Бернаскони «плесенью», считая их трусами, прячущимися в городе, пока настоящие воины проливают кровь.