Сердце Драокна. Сборник, часть III

Да — и прежде он знал, что терна способна укрепить его тело, но он не располагал настолько огромным её запасом, чтобы сделать это за сколько-нибудь разумный период времени. Если бы не эта странная звезда, то на то, чтобы укрепить тело до Божественной ступени ему бы потребовалось что-то около десятка веков, если верить вычислениям нейросети.

Не столь значимый срок для адепта, но куда больше отведенного Хаджару.

— Считайте это подарком для гостя, генерал.

Хаджар открыл глаза.

Он все так же сидел на полу в зале, только не около входа, а в самом центре. Напротив него, в той же позе, находился незнакомец. В простых, серых одеждах поверх белых рубашек и штанов. С широкой лысиной и небольшим пучком седых волос, подвязанных плетеными шнурками. Седые брови, настолько кустистые и длинные, что даже свисали со лба, дотягиваясь до скул.

Козлиная бородка, которую незнакомец спокойно поглаживал и видные, гусарские усы, как-то резко контрастировали с морщинистым лицом и оттянутыми мочками ушей, павших под весом нескольких бусин, в них вставленных.

Хаджару не требовалась помощь нейросети, чтобы определить перед собой простого смертного. Насколько слово “простой” может быть применено к тому, кто способен вызывать инстинктивное движение Безумного Генерала к рукояти меча.

Старик даже не дернулся, когда ладонь Хаджара легла рядом с гардой.

— Как это возможно, — прошептал генерал. — вам нет и восьмидесяти.

— Семьдесят три, — улыбнулся старик, демонстрируя неполный набор немного кривых и желтых зубов. — До восьмидесяти я, боюсь, не доживу. Климат не самый подходящий.

В нем не было ни капли энергии. Казалось бы — это должно касаться любого смертного, но сейчас, при сравнении, Хаджар понимал, что во внешнем мире даже в самых “сухих” регионах, смертные все равно обладали крупицей Реки Мира.

Но только не этот старик.

— Я не понимаю… Как это возможно…

Старец склонил голову на бок, все так же поглаживая бородку.

— Давайте начнем с простого, прославленный генерал, — улыбка старика (если так можно назвать того, кто больше чем в двое был младше Хаджара) стала только шире отчего его лицо начало резко напоминать сморщенную губку. — Меня зовут Морвен.

Хаджар никак не отреагировал, продолжая выжидать и внимательно изучать странного человека.

Тот засмеялся. Затем закашлялся и, извиняясь, сделал небольшой глоток из простенькой горлянки. Сморщился.

— Никогда не понимал, почему зелья нельзя сделать хоть немного приятнее на вкус, чем теплая моча осла, — тот вытер губы небольшим платком и тут же убрал, но от глаз Безымянного не укрылись желтые и розовые пятна, оставшиеся на ткани. — Возраст — убийственная насмешка судьбы даже над сильнейшими из нас… хотя вы, наверное, об этом не задумываетесь, хоть и куда старше меня.