Сердце Драокна. Сборник, часть III

— Артефакты… — едва слышно, сквозь грохот и гнев бури прозвучал командный голос.

К вороньему вихрю добавились самые разнообразные силуэты и очертания. Огромные руки, укрывшие кувшином нескольких Воронов — непробиваемый щит, растянувшийся над головами. Шелковая пелена, вышитая рунами и узорами. Сотня копий, поставленных друг к другу настолько тесно, что формировали стену. Стены… из золота, серебра, нефрита и самых разных волшебных материалов.

Десятки защитных артефактов и лучшие защитные техники, порожденные потомками Черного Генерала и все это — чтобы остановить одну единственную технику, в которой объединились энергии, мистерии, терна и два волшебных Слова.

Древних Слова. Родственных друг другу Слова.

Птица Кецаль разбилась о выставленную перед ней преграду и, поднимая зимнюю вьюгу, тысячью перьев-мечей разлетелась на расстояние в тысячи и тысячи километров.

Люди, которые видели небо в тот вечер, сочли, что им посчастливилось увидеть самый причудливый звездопад.

— Контрат…

Слова командира Воронов захлебнулись. Генерал, только что использовавший против них чудовищную технику, исчез. Он только что стоял в центре изрядно поредевшего круга, а в следующее мгновение его там уже не оказалось.

Белоснежно-синий покров тумана, ставший ему плащом, оставил за собой едва заметный призрачный след, а сам Безумный Генерал уже переместился к вражескому офицеру. Закованному в латную броню воину, держащему перед собой осадный щит и короткий, тяжелый клинок.

Ударом левого кулака, Генерал разбил перед собой окутанную энергиями и техниками преграду. Ударная волна расширяясь невидимой сферой отбросила в сторону фанатиков, а сам офицер с недоумением смотрел на свою сломанную руку.

Что за чудовище они встретили, раз оно было способно голой рукой разбить Императорский артефакт, укрепленный Божественной техникой и терной."

"В следующее мгновение офицер не думал уже ни о чем. Та самая рука, что разбила его щит и раздробила кости, подняла его за горло над землей и дикий рык оглушил его и на мгновение лишил сознания.

Когда офицер очнулся, то увидел прекрасный и столь же опасный синий клинок, в рунах и узорах парящей сквозь облака птицы. Острие меча застыло в дюйме от его сердца.

Генерал, смотря в глаза фанатику, внезапно осознал, почему его узник и его вечный противник внезапно решил помочь. Перед внутренним взором воина пронеслись сцены прошлого. Как когда-то давно, еще будучи юнцом, он сражался с одной из Воронов в таверне в Даанатане.

Когда его клинок — Хищный Клинок, оборвал жизнь той женщины, то впитал в себя осколок души Черного Генерала, запертого в фанатике.

Да, это сделало сильнее и меч и самого Хаджара, но слишком высокой ценой. Ибо одновременно с этим сильнее стал и его узник.