Сердце Драокна. Сборник, часть III

— У-утром, в-в-месте со в-в-всеми, — промямлил воин. Хотя какой из него воин… стоило забрать все то, что он получил за эпохи развития и наружу вылез сломленный, трусливый человек. Тот, кем он, по сути, всегда и являлся. — С-стража только в-в-вста…

Меч Хаджара описал широкую дугу и голова заикающегося бога, в глазах которого так и не успел потухнуть уголек надежды, полетела следом к его собратьям.

— Ты не поторопился, Хаджи? — нахмурился Хельмер."

"— Я узнал все, что нам было нужно, — ответил Хаджар, убирая меч обратно в ножны. — А теперь давай переодеваться. Дел еще полно, а мы тут время теряем.

Глава 1926

Облачившись в одежды воинов — легкую, кожаную броню и белые плащи с символом легиона в форме когтя и пера (Хаджар какое-то время пытался понять, что это может означать, но вскоре махнул рукой), генерал вместе с демоном успокоили раненную лошадь и накрыли её глаза шорами (те, оказывается, лежали в ящике под козлами), чтобы скрыть повреждения.

Телега спокойно тряслась позади них, увозя парочку все дальше и дальше от оттащенных в кусты и наспех закиданных землей и мхом тел. Хаджар держал в руках вожжи и, искоса, поглядывал на лицо Хельмера.

Впервые, за все века, он видел демона без шляпы и извечной тени, прикрывающей часть лица. Хаджар полагал, что та была обезображена или, может, и вовсе вместо лика там оказалась бы какая-нибудь клыкастая пасть. Но, на поверку, все обстояло совсем не так.

Все эти века под шляпой Хелмьера скрывалось самое обычное лицо. Немного исхудавшее, с несколькими красноречивыми шрамами, высоким лбом, острыми скулами, чуть горбатым носом и, что удивительно, разноцветными глазами. И если с одной стороны светил алый, то, с другой, на мир взирал самый обычный, карий глаз с привычной радужкой и зрачком.

Хаджар никак не прокомментировал увиденное. Не из уважения или не желания погружаться в длинный, витиеватый разговор, а просто потому, что знал — ответа он все равно не дождется.

Скрипели рессоры, лошади тянули телегу и, вскоре, они подъехали к барбакану. Пузатая, каменная бочка, с насыпями, волнами нахлестывавшими на основание сооружения, она обладала двумя рядами ворот. Первый — тяжелая решетка с прутьями в руку толщиной, опускалась все теми же хитрыми механизмами. А второй ряд — обитые листами металла, клепанные сталью деревянные створки.

Вход, сам по себе, был настолько низок, что всаднику пришлось бы пригнуться, чтобы не пропахать макушкой каменную кладку.

От цепкого взгляда генерала не укрылись и блеск внутри бойниц, коих тут насчитывалось порядка десяти по фасаду и около пяти с каждого торца.

Иными словами — замок, чье бы воображение его не воплотило, не являлся авангардным фортификационным сооружением. Скорее наоборот.