Сердце Драокна. Сборник, часть III

Хаджар посмотрел на собственные пальцы. Там, около костяшек, начали появляться первые морщины.

Смертный… он прожил семь веков. А значит время постепенно брало над ним верх. Не пройдет и нескольких недель, как он превратится в дряхлого старика, а затем и вовсе — умрет от старости.

Если, конечно, раньше не выйдет срок клятвы, данной в пустошах, и не закончатся его шесть веков.

В любом случае — счет шел на дни.

— Я не стану отсиживаться здесь, пока остальные сражаются на передовой, — покачал головой Хаджар и, видя, как офицеры уже собираются начать спор, поднял ладонь. — Я сказал.

В шатре снова повисла тишина.

— Нам нужно пересобрать составы, — устало выдохнул Саймон. — выделить генералу взвод, а лучше роту личной охраны. Иначе…"

"— Ничего не нужно, — перебил Хаджар. — как показывает практика — когда начинается рубка, то любая личная охрана превращается в простого пехотинца.

Офицеры переглянулись и какое-то время тихо перешептывались между собой. Хаджар дал им время обдумать и обсудить полученную информацию, а сам при этом смотрел на знакомые и такие родные сердцу лица.

Они все, каждый из присутствующих здесь, занимали в его сердце особые места. Каждым из них он дорожил. Каждого по-своему любил и ценил. И потому мысль, четкая и ясная, что большая часть из тех, кто сидел за столом, погибнет — заставляла Хаджара сжимать рукоять меча.

Он посмотрел на клинок, выкованный Карейном. Самый простой, солдатский меч, коих можно найти в любой кузне без счета.

И все же — тот удобно лежал в ладони, имел знакомую для Хаджара длину и выверенный вес. Про баланс и говорить не приходилось. Хорошее оружие либо сбалансировано, либо нет. Оно не может обладать «хорошим балансом» или «не очень хорошим». Либо тот присутствовал. Либо клинок уходил на перековку.

Странно было не ощущать присутствия Кецаля в клинке и частички собственной души в лезвии. А еще… еще загадочнее было чувствовать некое родство с этим, казалось бы, простым, но таким странным оружием.

Столь же странно, как ощущать своего вечного узника в собственной душе. Черный Генерал ощущался как никогда ярко. Казалось, будто бы стоило обернуться и можно увидеть стоявшего за спиной Врага.

Но там лишь пустота и трепещущийся полог.

— Варвар, — позвал Хаджара Эйнен. — ты отвлекся.

Генерал дернулся и вернул взгляд к офицерам.

— И что мы хотим узнать у тех, кого нам сюда пришлют? — видимо второй раз повторил свой вопрос Парис.

Интересно, захочет ли Парис вновь сразится с Хаджаром в тренировочном поединке, поставив на кон бутылку вина? Или эти их сражения с Парисом и Шакуром остались в прошлом. Том прошлом, где они втроем несколько лет путешествовали по границе Чужих Земель, пока Хаджар не оставил двух мечников и не открыл школу в Седенте, где искал просветления.