Сердце Драокна. Сборник, часть III

Хаджар поймал её в полете и, вместе с дочерью, окруженный смолкающей бурей и стихающем пламенем опустился на облака.

Он нежно убрал волосы с её прекрасного лица и посмотрел в постепенно тускнеющие глаза.

— Я стала… сильной… отец?

— Да, — ответил Хаджар, чувствуя, как тугой ком, который, как он думал прежде, он потерял где-то на перекрестах кровавых дорог Безымянного Мира, терзает его горло. — Сильнее всех.

Она протянула окровавленную ладонь и провела по его лицу.

— Ты постарел… — на уголках её губ пузырилась алая кровь. Кровь людей и зверей. А не богов. — Как думаешь… они ждут меня… дядя Неро и тетя Сера?

— Конечно, — Хаджар прижимал её так сильно и так крепко, словно надеялся, что сможет удержать рвущуюся на волю из израненного тела душу. — Конечно ждут…

Она улыбалась. Легко и беззаботно. Словно так же, как когда была котенком, живущим то за пазухой генерала, то мирно дрыхнущем на его голове.

— Я не могла тебе рассказать… — шептала Азрея, изо всех сил цепляясь за последние искорки жизни. — Не могла сказать… что Аркемейя голем… её создал… создал… не могу… не могу сказать… и её ребенок… это не твой ребенок… он как у Бессмертных… тоже голем…"

"— Я знаю, — Хаджар прижимал её к груди и пытался не дать комку в горле волю. Только не сейчас… только не сейчас… — Теперь знаю…

— Это хорошо, — она продолжала улыбаться. Легко и тепло. Так же, как и всегда. — Ты ведь знаешь… что я никогда бы… не причинила тебе вред… отец? И что я всегда… любила тебя… как отца… Все, что я тогда сказала… все это было нужно… нужно чтобы… ты пришел… сюда.

— Конечно, милая, кончено, — он гладил её по голове и слипшиеся от крови волосы сбивались под пальцами в комки.

— Я всегда была с тобой, отец, — из последних сил прошептала Азрея. — И всегда буду. До самого конца. Как и вся твоя собственная, не заемная сила.

Вспыхнуло белоснежное пламя и она, оставив на прощение лишь улыбку и блеск зеленых глаз, исчезла во всполохах огня. А вместе с ней и Синий Клинок. И не потому, что она его забрала с собой, а потому что Хаджар больше не видел в нем никакого смысла.

Он стонал и хватал руками лоскуты пламени, обжигая пальцы и ладони. Словно надеялся, что сможет ухватить их столько, что вернет её обратно. Обратно сюда. Туда, где теперь больше нет никакого смысла.

Генерал упал на облака. Холодные и безжизненные. Он хотел бы заплакать. Зарыдать навзрыд. Но ком в горле предательски исчез. Слез не было.

Не было даже крика, вырвавшегося бы из груди.

С самого начала, с самого первого дня, как он взял в руки этот проклятый меч. В тот момент, когда пробрался на тренировочный плац Мастера во дворце Лидуса, его жизнь не знала ничего, кроме боли, крови и разлук.

Все, кого он любил. Все, кто был ему дорог. Все они остались где-то там, далеко позади.