Сердце Драокна. Сборник, часть III

И тогда, получается, что, на самом деле, Хаджар все это время двигался, возможно, наискосок, зигзагами, перепрыгивая с одной тропы на другую.

Именно поэтому ему всегда было сложно определить в себя в рамках Пути Развития; мастерства владения оружием; Истинных Имен; а теперь еще и Правил и Законов.

Обладал ли он Правилом, владел ли Терной, понимал ли мистерии или же, на самом деле, все это являлось осколками чего-то совсем иного, что ему еще только предстоит понять.

Вот только…

— Время поджимает, Хаджи, — заметил Хельмер чуть серьезней, чем прежде.

И демон был прав. В начале пути генерал совсем не ощущал давления времени над собой, но чем дальше и дольше он ступал по тропам Безымянного Мира, тем отчетливее понимал, что попутно со всеми битвами, приключениями и интригами, еще и участвует в гонке.

Вот только до сих в его сознании не укладывалась картина причинно-следственной связи. Предстоящий Парад Демонов был отнюдь не первым таким явлением. Напротив — их, в истории Безымянного Мира, за все эпохи, случалось столько, что сложно сосчитать. Но, по какой-то причине, именно предстоящий Парад наводил шуму достаточно, чтобы взбудоражить вообще всех — от простых смертных, до Древних.

И еще, теперь Хаджар уже это точно знал, и не боялся показаться сам себе параноиком или гордецом, ему во всем этом была отведена какая-то особая роль. И, наверное, не привыкшего к интригам Безымянного Мира эта деталь бы нисколько не смутила.

Ну отведена роль и отведена.

Чего в этом таком.

Интриги Древних окутывают своими сетями сотни тысяч судеб.

Но!

Всегда есть это проклятое «но».

Древние на то и Древние, что их жизнь пронизывает собой вереницу эпох Безымянного Мира. И интриги, которые они плетут, простираются сквозь сотни свитков летописей и хороводы веков и тысячелетий.

А что на этом фоне жизнь Хаджара? Лишь короткая вспышка. И, что самое путающее и, возможно, пугающее — иномирная вспышка.

Но!

Опять — «но».

Он ведь был вплетен в эти интриги заранее. Сильно заранее того момента, как осознал себя принцем Дарханом и поставлен на доску, будто шахматная фигура.

А значит, что…

Что Хаджар все еще ничего не понимал. И сколько бы он не пытался вникнуть в ситуацию, посмотреть на неё со стороны, увидеть причинно-следственную связь — у него ничего не получалось. За какую нить не потяни, клубок никак не хотел развязываться, а затягивался лишь туже.

— Хаджар.

Генерал обернулся. За его спиной стоял Тар Ар Кир. Оцарапанный, немного уставший, но с горящим взглядом.

— Мы отправляемся дальше, — произнес гиртаец, указывая рукой в темноту скального коридора. — Ты идешь?

Идет ли Хаджар?

Как будто у него был выбор.

Вместо ответа генерал поднялся на ноги и присоединился к четверке археологов.