Сердце Драокна. Сборник, часть III

Ботинки Та Лика с оглушительным треском ударились о выступ с другой стороны. Под ногами закрутилась запутанная паутина трещин. Некогда прочная ступенька накренилась, и каменные зерна посыпались в пропасть. Широко раскрытые глаза юноши раскрытые глаза встретились с глазами Хаджара, а крик так и не успел слететь с уст сорвавшегося Гиртайца.

Хаджар, связанный веревкой, не потратил ни мгновения на размышления.

Взмахнув руками, он бросился вперед, буквально в полете подхватив Та Лика и вместе с ним врезавшись в скалу. Их пальцы, стираясь в кровь, заскрежетали по поверхности в поисках опоры. Веревка все раскручивалась, грозя тем, что двое могут не успеть, но в какой-то момент они зацепились за край следующей устойчивой ступеньки. Собрав все силы, Та лик приподнялся и упал на уступ. Тяжело вздымалась грудь, а тень пропасти нависла в нескольких миллиметрах от него.

Пальцы Хаджара побелели на скальном выступе. Его снесло чуть дальше от спасительного уступа и теперь он повис прямо над бездонным провалом.

Ветер, неумолимый и невидимый, налетал на него, грозя превратить бескрайние просторы под ним в коварную гибель. Походный плащ бешено развевался, крыльями встревоженной птицы трепыхаясь под не стихающими порывами.

Казалось, под ним сдвигается сама земля.

Равновесие нарушилось, ощущение недавнего свободного падения подкашивало живот. Дыхание перехватило, и тихий вздох потерялся в реве горного ветра. Как если бы верный друг вдруг забыл о своем товарище и теперь боролся с ним так же яростно, как прежде с врагами Хаджара.

Но инстинкт и отточенные рефлексы привели генерала в чувство. Свободная рука вырвалась вперед и ухватилась за каменную глыбу, которая, казалось, выросла из скалы в тот миг, когда Хаджар уже почти сорвался. Мышцы напряглись, притягивая вытягивая его вперед и приковывая к склону горы, отказывая ветру в победе.

Тот бушевал, но Хаджар оставался непреклонным.

Восхождение продолжалось.

Каждое натяжение веревки было похоже на биение сердца, отражающее жизнь, заключенную в ее волокнах. Грубая поверхность спасительного каната терлась о руки, нашептывая обещания помощи, но истертые концы напоминали о затаившейся опасности. С каждым растяжением и натяжением истончившиеся нити обнажали слабую сердцевину того единственного, что спасало их от падения.

И по мере подъема группа не только видела износ веревки, но и чувствовала его. Очередной разрыв стрельнул, стоило Тар Ар Киру переложить вес вес на недавно перетянутый участок, тершийся о острый выступ. В глазах Амик тут же вспыхнули искры беспокойства, когда она увидела отрезок, где пряди начали постепенно распускаться.