Сердце Драокна. Сборник, часть III

Что там говорил генерал об отличиях страны бессмертных от остального смертного мира? Ах да — то, что их не было.

Дева с волосами, цвета речного ила, поднялась и призвала свое Правило. Оно в чем-то напоминало то же, что недавно демонстрировал Эльвар, только в её случае сияние было куда темнее и не такое плотное.

В итоге она продемонстрировала всего четыре круга в атаке и шесть кругов в защите, но и её отправили на те же кресла, что и урожденного бессмертного.

Если Хаджар правильно понял метод отбора, то первые двадцать участников в любом случае попадали в числе «избранных», вот только затем, при каждом новом испытуемом, если у последнего результат оказывался лучше самого слабого из двадцатки, то их попросту меняли местами.

Лучший результат оказывался на кресле, а худший — за порогом.

Так, собственно, все и оказалось.

Потянулись вереницы испытуемых. Один за другим, представляя дома, они поднимались на сцену, где демонстрировали два фундаментальных аспекта воина — способность нападать и способность защищаться.

Кстати, среди них оказалось и несколько магов. Оба из дома Тайн Грани (от названия генерал слегка дернулся), причем что один, что второй, продемонстрировали лучший, на данный момент, результат. Девять рунических кругов в атаке и тринадцать в защите.

Но, что было сходу понятно любому более менее опытному воину, данное испытание отображало лишь часть умений и не более того. В обычной ситуации у мага вряд ли бы нашлось столько времени, чтобы подготовить свои уловки, трюки и прочие, не менее бесчестные, заклинания.

Вскоре все двадцать кресел заполнились и догадка Хаджара о том, как именно проходил отбор, подтвердилась. Когда на сцену поднялся местный — из Танцующей Луны и продемонстрировал пять кругов в атаке и семь в защите, то…

Оказалось, что на креслах находилось сразу трое с такими же результатами.

— Что же, — взмахнул руками не скрывающий своего удовольствия юноша-старик. — кажется, у нас намечается небольшое сражение.

Небольшим, по итогу, Хаджар бы не стал его называть, поскольку во вспышках Правил, среди всполохов техник и лязга стали, одного уносили на носилках, а двух других латали лекари. Мечник же, из Танцующей Луны, спокойно уселся на кресла.

Что же, с таким подходом, испытание становились пусть и немногим, но более объективным и, что важно, совершенно в духе мира боевых искусств.

Лишь сильные вольны распоряжаться своей судьбой.

Почему-то, чем старше становился Хаджар, тем все отчетливее и яснее ощущал то, с какой глубокой душевной яростью ему претил данный тезис.

Но, так или иначе, вскоре плац оказался покрыт кровью тех, кто не смог отстоять в бою свое место в экспедиции, а Хаджар насчитал порядка десяти обладателей второго ранга и двух — первого.