Сердце Драокна. Сборник, часть III

— Будь добр, отведи принцессу в её покои и покажи господам странникам где они могут отдохнуть с дороги. Я бы хотела немного поговорить с мастером Ветром Северных Долин наедине.

Гном и Густаф хотели было возразить, но Абрахам с Хаджаром синхронно дали понять, что лучше обойтись без этого. В итоге Хаджар остался в зале один на один с могучей Старейшиной.

Глава 1436

Какое-то время они просто молча сидели и смотрели друг на друга. Хаджар не мог понять, на каком уровне находится сила Старейшины. Её энергия принадлежала средней стадии ступени Небесного Императора, но на деле мощь старушки превосходила все, из мира смертных, с чем сталкивался Хаджар.

Было ли это связано только с мистериями?

Хаджар, отчего-то, в этом сильно сомневался.

Здесь, в Чужих Землях, явно владели какими-то секретами мастерства, не доступными даже для столиц Регионов. Иначе как еще можно было объяснить чудовищную силу принцессы Лэтэи, которая мистериями ни сильно-то и отличалась.

Да, подобный уровень мощи можно было списать на контроль своей силы, но Хаджар, по мнению нейросети, приблизился уже почти к 80 % контроля. Еще пятая часть не сравняет его по мощи с той же Лэтэей."

"Хаджар сомневался, что не используя какой-то из козырей в рукаве, он смог бы с той же легкостью одним ударом отправить к змеином праотцам того монстра в храме Темных Жрецов.

— Вы не пьете свой чай, мастер Ветер Северных Долин, — Старейшина показательно взяла свою пиалу и чуть отпила.

Хаджар посмотрел на стол.

— Не беспокойтесь, — слегка дрогнули уголки губ старушки. — я не собираюсь вас усыплять, мастер Вет…

— Простите меня за мою грубость, — склонил голову Хаджар. — но вы прекрасно знаете, что я ни в кое мере не заслуживаю титул мастера.

Старейшина не сразу отреагировала. Она сделала несколько глотков, после чего, так же — двумя руками, поставила пиалу обратно на стол.

— Зато теперь мы знаем, что и титула лжеца вы так же не заслуживаете, юноша. А это уже о многом говорит.

Юноша… по смертным меркам Хаджар являлся глубоким стариком. А по меркам адептов… он вообще ничем не отличался по возрасту от себя в начале собственного пути. Пять лет или сто пять лет — какая, к Высоком Небу, разница.

— Старейшина…

— Зови меня Легким Пером, Хаджар, — представилась Старейшина.

У некоторых адептов имелась особенность называться своим именем мира боевых искусств, а тем, что им дали родители. Что же — такое решение следовало уважать, а не искать в нем предлог к недоверию и нежеланию называться.

— Достопочтенная Легкое Перо, я…

— Светские любезности тоже не к чему, — старушка едва заметно поморщилась. — поверь мне, юноша, от них устаешь уже за двадцать веков. К седьмому десятку они более чем утомляет и дальше, чем просто — “раздражают”.