Ученик своего учителя. Том II (СИ)

Так что создание компактной и не требующей оптимизации в заклинательном ателье версии чар заняло у Малка где-то около четырёх часов.

Во-вторых, если верить записям, Вуаль не только создавала для марионетки иллюзию жизни — это как раз было с точки зрения автора документов вторично, — она ещё и допускала использование в качестве атакующего заклинания. Те самые ужасы, что насылал на Малка Моравия, были как раз оттуда. И Малк, вполне возможно счёл бы всё вышеперечисленное хоть и любопытным, но малополезным знанием, если бы ему вдруг не пришло в голову сложить изученное с другими своими навыками. Например, с умением маскироваться под тварь Запределья, с уже заметно продвинувшимся в плане освоения Живым Клоном, с Порчей наконец… И вот там Вуаль заиграла совсем другими красками. Говорите, будет марионетка, похожая на живое создание? А Клона, неотличимого от оригинала, не хотите? А слияние ментального воздействия с Порчей или с образом черве-человека с целью нанесения урона сознанию не желаете?!

Фантазия разыгралась так, что её было не остановить. Разумеется Малк понятия не имел, что из этого действительно возможно, а что не более чем глупое заблуждение — это могла показать только практика — но в высоком потенциале недооценённого поначалу заклинания уже ни капли не сомневался. Тем более в случае, если ему всё-таки удастся когда-нибудь прорваться в Младшие Магистры, и Вуаль Обмана вместе с остальными чарами из Нимбов сможет подрасти в качестве!

Единственное, что могло его остановить от немедленного изучения новой волшбы — это сложность практики, но и тут не возникло никаких затруднений. Впервые на своей памяти Малк смог сотворить заклинание с первого раза и со скоростью, допускающей даже боевое использование. Да не мгновенно, но и не за минуту как Живой Клон!

— Итак, значит активируем цепочку рун, полученную волну тонких духовных вибраций сонастраиваем с Властью и вкладываем свойственные живым организмам чувственные переживания… — пробормотал Малк, экспериментируя с заклинанием.

Несмотря на то, что входило оно в арсенал марионеточника, практика с первого использования показала его плотную связь с пониманием магии Иллюзий — то есть то, в чём Малк благодаря наследию этого деда Бонифация оказался весьма силён. А это в свою очередь наводило на мысль, что кукловод и алхимик Моравия использовал данные чары как минимум не на полную мощь, а как максимум вовсе неправильно.

— А если вместо абстрактного живого организма поставить наоборот кого-нибудь вполне конкретного? Или вовсе нужное ощущение не скопировать, а сконструировать?!

Малк задумчиво уставился на сидящую перед ним «обезьяну», которой отводилась роль подопытной крысы.