Михаил II

Этого страшного человека Михаил Александрович решил везти на автомобиле, под охраной своих нукеров. Да много еще чего нафантазировал командир Кабардинского полка. Но я не стал опровергать Бековича-Черкасского, приводя реальные факты. Что на самом деле уничтожено не более сотни, а всего тридцать пять бандитов, а с их главарем, страшным человеком, по словам князя, я заключил соглашение о сотрудничестве. И он теперь стал не бандитом, которого нужно уничтожить, а союзником, нуждающимся в некоторой помощи. Вот о необходимости оказать помощь отряду Махно я и начал говорить с Юзефовичем. Сложно было увести разговор от недавнего боя и других нападений на великого князя в Петрограде, но мне все-таки удалось вовлечь начальника штаба в обсуждение проблем фронта и готовность нашего корпуса оказывать действенную помощь армиям, атакованным неприятелем.

Начальник штаба понимал, что корпус отведен в резерв фронта не просто так. Что скоро предстоит драться с неприятелем и не так, как во время летнего наступления, когда корпус был по существу вторым эшелоном 7-й армии, а стать пожарной командой всего фронта, чтобы купировать мощные контратаки противника на любом участке противостояния с неприятелем. В меру своего разумения Юзефович готовил подразделения корпуса к предстоящим боям. Прежде всего, отрабатывалось перемещение крупной кавалерийской части на большие расстояния. Из трех кавалерийских дивизий корпуса две уже прошли такой марафон протяженностью в сто верст и вполне успешно. По словам Юзефовича, все офицеры управления корпуса работали не покладая рук, чтобы на марше не было отставших или заблудившихся подразделений. В боевых условиях удар по противнику не кулаком, а растопыренной ладонью привел бы к большим жертвам и поражению."

"Юзефович не меньше получаса рассказывал о положении дел в корпусе, и какие гигантские усилия предприняты для слаженной деятельности дивизий и корпуса в целом. Начальник штаба отдувался и за себя и за заместителя великого князя, которого тот оставил вместо себя на хозяйстве. Образ генерал-лейтенанта Роопа Владимира Христофоровича тоже присутствовал в долговременной памяти Михаила Александровича. Правда, всего в одном эпизоде, из которого не поймешь, что тот за человек и как с ним себя вести. К сожалению, моего зама сейчас не было в штабе корпуса, он отправился с инспекцией в 9-ю кавалерийскую дивизию, она была дислоцирована в пяти верстах от Житомира. Очень жалко, что я не встретился со своим замом на пике ажиотажа от подвигов великого князя. В этот момент было бы проще утвердить несколько поменявшуюся сущность Михаила Александровича.