Михаил II

А я когда обернулся, то заметил его и, тут же потеряв интерес к обходчику, повернулся к тому спиной и спросил у начальника санитарного поезда:

– Павел Афанасьевич, вы уже отправили людей вызывать помощь на ближайшую станцию?

– Так точно!

– Продублируем их! Вызовем локомотивную бригаду и с узловой станции. Пусть она дальше, но зато крупней, и там-то уж точно много специалистов. Сами туда съездите и поговорите с начальником станции. Может быть, удастся подобрать бригаду, которая войдёт в штат санитарного поезда. И самое главное – телеграфируйте начальнику Петроградского гарнизона, генералу Кобалову, что в имении «Липки» засела крупная немецкая диверсионная группа. Пускай немедленно принимает меры для её уничтожения. Великий князь с полувзводом своей охраны следует туда и постарается до подхода подкреплений не дать разбежаться бандитам. Запомните текст телеграммы?

– Так точно! Вот только всяких там Липок может быть много, нужно в телеграмме указать точное местонахождение базы немецких диверсантов.

– У вас бумага и карандаш имеются?

– Так точно! В планшетке всё это непременно лежит.

И Павел Афанасьевич похлопал по свисающей с плеча плоской сумке. На этот жест я, усмехаясь, произнёс:

– Запасливый вы, и это хорошо! Пойдёмте со мной. Я сам не знаю, где находятся эти «Липки», но моему водителю это известно, и сейчас он вам продиктует точный адрес этого места.

Когда мы подошли к платформе, на которой стоял «форд», работы по сколачиванию мостика, по которому он должен был съехать на щебёночную насыпь, уже заканчивали. Командовал всей этой работой как раз Максим. Так что мне не пришлось его искать и вызывать, он был на самом виду и кричал громче всех.

Приказал Максиму сказать Павлу Афанасьевичу, возле какого городка расположено имение «Липки» и кому оно принадлежит. Когда данные были записаны, я проводил начальника санитарного поезда до мотодрезины, стоящей метрах в двадцати. Дождался, когда он уедет, и вернулся обратно как раз к тому моменту, когда грузовик медленно начал выезжать с железнодорожной платформы. Максим был хороший водитель, и операция была проведена отлично. Наконец наш сухопутный линкор был спущен на землю, и можно было давать команду экипажу занимать свои боевые места.

Команду занимать боевые места я хотел гаркнуть, но мой порыв был прерван. И этим прозаическим человеком, не давшим зародиться первой традиции спецгруппы, был санитар Худяков. Он, как и многие другие санитары, которые не собирали трофейное оружие, помогал сооружать эстакаду, по которой съехал «форд». Вот я и думал, что эти переносчики раненых остались, чтобы понаблюдать, как автомобиль будет покидать железнодорожную платформу.