Михаил II

Изначально розоватое лицо Дмитрия Первухина раскраснелось, и он, глядя мне прямо в глаза, гаркнул:

– Да я, ваше высочество, жизнь положу, чтобы Божья воля восторжествовала! А вы и есть Божья воля! Можете располагать мною в любом качестве. Я ради вас на всё пойду.

Пафосный ответ, но слова ефрейтора (простого мужика) меня тронули. Стало ясно, что Кац с ним качественно поработал и дал посмотреть газету, над статьёй и рисунками в которой я смеялся. Там присутствовали слова о Божьей воле и о том, что спасение великого князя и есть воплощение этой воли Творца. Однозначно, такого подготовленного человека нужно было приближать к себе, и я сказал:

– Хорошо, Дмитрий, считайте себя зачисленным на новую службу. Господин Джонсон поможет вам оформить все бумаги, и завтра вы вместе с ним приезжаете ко мне в Петроград. И уже там получите полную инструкцию о ваших новых обязанностях. Можете идти, начинать оформлять бумаги. Скажете Матвею Леопольдовичу, что великий князь вас забирает из госпиталя.

После того как Первухин вышел, прапорщик Хватов доложил, кого он считает целесообразным зачислить в спецгруппу Старший унтер-офицер там был. И похоже, Хватов руководствовался в подборе кадров теми же критериями, что и я. Это меня порадовало, и я с лёгким сердцем утвердил его небольшой список. Там было три фамилии. Таким образом, в спецгруппу отобрано восемь человек. Оставалось найти туда водителя, добавить матчасть и оружие, и можно сказать, что у нас появилась боевая группа. А если бойцы будут вооружены автоматическим оружием и в достаточной мере натренированы, то они будут способны противостоять любой банде пьяных анархистов. Процесс комплексной тренировки я думал начать сразу же, как мы прибудем в корпус. Я сам хотел принять участие в обучении бойцов спецгруппы. Не зря же в армии присвоили звание старшего сержанта – под конец службы мне даже нравилось учить салаг воинским премудростям. А так как я служил в разведывательном взводе артиллерийского дивизиона, то был обучен не только хорошо маскироваться и быть корректировщиком огня, но и рукопашному бою с применением любых подручных средств. А также незаметному проникновению в тылы противника для взятия «языка». Но прежде чем начинать тренировать людей по методике XXI века, нужно было, чтобы специалисты обучили бойцов спецгруппы владению передовым стрелковым оружием начала XX века. Вот поэтому я и хотел, чтобы все бойцы спецгруппы прошли обучение на полигоне Офицерской стрелковой школы в Ораниенбауме. У генерала Фёдорова были опытные инструкторы – они уже обучили несколько сотен солдат обращению с ружьём-пулемётом.