Михаил II

Но если русская армия тронулась, то она всё равно раздавит всех противников.

Я внутренне хмыкнул, но обострять отношения с великим князем не стал, а наоборот, поддержал его шапкозакидательский тезис, воскликнув:

– Естественно, русаки всегда били пруссаков! Будет так и в этот раз!

На эти слова Николай Николаевич удовлетворённо кивнул и начал сворачивать заседание."

"Уже в автомобиле мы с Кацем начали обсуждать прошедшее заседание Особого совещания. Время для этого было. Мы поехали не в мой особняк, а в Офицерскую стрелковую школу, расположенную в окрестностях Ораниенбаума. Кац даром время не терял и, пока шло заседание Особого совещания, по телефону связался с начальником школы, генералом Филатовым и предупредил, что великий князь Михаил Александрович желает переговорить с конструктором ружья-пулемёта Федоровым и осмотреть оружейные мастерские. Во время этого звонка произошёл небольшой казус, у начальника школы Кац узнал, что полковник Фёдоров стал уже генералом. Я удивился, что мы едем не в сам Ораниенбаум, а в его окрестности. Но оказывается, Фёдоров со своим главным помощником Дегтярёвым практически постоянно находятся в мастерских ружейного полигона Офицерской стрелковой школы. А этот полигон расположен в окрестностях Ораниенбаума. Фамилия Дегтярёв меня воодушевила – если уж такой оружейник принял участие в разработке ружья-пулемёта, то наверняка получившееся изделие будет то, что надо.

Углубившись в думы и мечты заполучить автоматическое оружие, в разработке которого принимал участие сам Дегтярёв, я практически не принимал участие в обсуждении прошедшего заседания Особого совещания. Зато Кац, который, в связи с телефонными переговорами, появился там только к моменту выступления военного министра, разошёлся не на шутку. И в основном с язвительными замечаниями в адрес выступивших с напыщенными речами чиновников. Я в ответ только поддакивал. А что я ещё мог делать? Во-первых, голова была забита совершенно другим, а во-вторых, я не имел собственного мнения, так как не слушал выступления этих людей. Кац назвал наше участие в этом сборище высших чиновников государства впустую потраченным временем. Единственная польза была только в том, чтобы засветиться среди тех, кто как будто что-то решал. Но на самом деле эти ходячие иконостасы (у многих было навешано столько орденов, что в глазах рябило) ничего не решали. Были абсолютными флюгерами – куда властный ветер дунет, туда они и поворачиваются. Я с этим мнением моего друга был полностью не согласен. Мы начали спорить.

И в конце концов пришли к согласию, что участие в этом совещание всё-таки было необходимо. Во-первых, Михаил получил какую-никакую, но легитимную всероссийскую площадку для действий по преобразованию армии.