Матабар. II

Платье, кстати, пахло вкусными, ягодными духами…

— Плесень, — Арди, по старой привычке, чем вызвал недоумение девушки, облизал собственные окровавленные костяшки. — Над зданием стоит щит, который не должен сюда пропускать лишнюю влагу. Плесень, обычным способом, появиться здесь не могла.

Ардан только развел руками. Если бы это была Звездная Магия или искусство Эан’Хане, то… иллюзию, из-за которой он не отличил, что бьет стену не тумбочкой, а собственными руками, еще объяснить можно. Но вот…

Арди провел ладонью по тому месту, где раньше была дверь. Вместо неё под пальцами отозвались лишь шероховатые доски и…

Лиза вместе с Арди синхронно взвели курки револьверов и направили в сторону западного крыла, откуда донесся крик. Не такой, каким балуются дети, когда веселятся. И совершенно не тот, что рефлекторно издают взрослые люди, когда испытывают внезапную боль.

Нет, это был другой крик.

Протяжный и истошный, едва ли не переходящий на долгий, низкий визг, сливающийся с воем. Крик, на одной стороне которого все еще зиждется огонек затухающего разума, а на другой — уже раскрыла объятья холодная бездна смерти. И смерти далеко не простой и мягкой. А той, что и заставляет человека кричать на пределе возможностей легких, раздирая собственную глотку и разрывая голосовые связки.

Следом за криком послышались выстрелы из револьверов и винтовок, а затем снова — крики.

— Справился он быстро, — прошептал Ардан, вспоминая вопрос девушки насчет мага бандитов.

— Но почему они там, а не здесь? — не отворачивая головы от темного, тонущего в едком сумраке коридора, спросила Лиза.

— Это похоже на тропы Вил, — прошептал Арди, чей палец разве что не танцевал на спусковом крючке. Сердце колотилось быстрее, чем стучали поршни в двигателе трактора. — Здесь что-то не так с пространством.

— Искусство Первородных?

— Не знаю, — немного подумав, ответил Ардан. — но нам лучше поторопиться. Чтобы не заставило их так кричать — я не хочу с этим сталкиваться.

— Резонно, — кивнула Лиза.

И, вместе, плечом к плечу, стараясь синхронно шагать, они начали двигаться в сторону лестницы. Их взгляды не сходили с сумрака, темной паутиной окутавшего коридор. В здании вновь воцарилась тишина. Ни скрипа половицы, ни воя ветра сквозь широкие щели, ни скрежета мышей и крыс. Ничего из того, что должно присутствовать в столь старом доме.

Лишь пустота и пыль, речным песком застилавшая следы, оставленные Арданом и Лизой, словно те и не проходили здесь вовсе. Но ни один, ни другая, этого не заметили. Лишь молча вглядывались в провал темного коридора, ожидая увидеть там все, что угодно.

Но, к тому моменту, как они дошли до некогда широкой и пышной лестницы, изнутри так ничего и не появилось.