Проклятый Лекарь. Род II

Не забивай себе голову. Тут отец этого паренька, чье тело ты занял, так старается, грех было не понаблюдать. Ладно, я все еще верю в тебя. Не подведи!

******

Наконец-то я стал видеть! Дмитрий весь высох, он стоял напротив Самсона и потом упал. Я почувствовал, как его жизнь прервалась. Отец сам ее оборвал, ради своих детей. Поступок настоящего мужчины и главы рода. Сейчас я уважал его как настоящего воина. Почувствовал, что мое тело исцелилось, и у меня получилось увидеть свои врата души. Потянулся к свету, поймал пульсацию, идущую по каналам, и попытался направить энергию на исцеление от яда. Она хлынула с огромной силой.

Самсон и другой паренек стояли замершими. Не знаю, сколько времени прошло, или про это говорил Локар, что оно относительно? Неважно! Почувствовал магию нитей и попытался втянуть энергию в себя, но ничего не получилось. Сосредоточился еще сильнее, снова почувствовал, и провал. Умение пожирателя, которое так милосердно пока еще не выключил Локар, работает только с людьми?

Мне нужно надеть это долбанное кольцо! Оттопырил мизинец и со всей силы напрягал мышцы, чтобы выдавить палец из сустава. Очень непростое дело, был бы хоть упор, но тут можно лишиться пальца, а кольцо только на мизинец и налезет. Не уверен, что сработает, если надеть на первую фалангу.

До другой руки я не дотянусь и могу просто выронить кольцо. Наконец-то время как будто восстановилось. Самсон посмотрел на валяющегося Дмитрия и пнул его ногой, потом еще раз и плюнул на него.

— Вот же тварь какая! Надо же, вроде обычный лекарь, а знал такое сильное плетение и смог его исполнить. Ты, наверное, задумываешься, что же сейчас твой папаша сделал? Он, сжигая свои врата души, попытался исцелить тебя и твою сестренку. Какой любящий родитель! Был… — закончил Самсон.

— Так даже лучше, отец, а то я к ней прикасаться не хотел, хорошо так отделал. А сейчас, кроме глаз, она прям ничего. Можно будет развлечься, — произнес голос, который я сразу узнал.

Это тот ублюдок, который напал со спины с кинжалом, смазанным ядом мантикоры. И снова отец. У Самсона же нет детей? Как так?

Наконец, он повернулся, и я увидел паренька лет девятнадцати, черные волосы, рост — около метра девяносто, вес — восемьдесят килограммов. Коричневые глаза и такой же сплюснутый нос, как и у Самсона. Тонкие губки, которыми он улыбался. Смотрел на меня с презрением.

— Что, не узнал? Долго жить буду, в отличие от тебя, мусор, — сказал он, расхохотавшись, и плюнул.

— Это мой сын, Михаил Ветров. Бастард. Но очень хороший мальчик, послушный и умный. Весь в папу, — с любовью говорил Самсон. — Мне крайне необдуманно иметь детей, поэтому он и не числится моим.

Этот Михаил повернулся к моей сестре и сказал:

— Сейчас тебе будет приятно.