Их жаркий ноябрь

На улице прохладно, но мне жарко в объятиях Кости.

Его губы скользят по шее, щетина царапает нежную кожу, и я завожусь еще сильнее.

— Мясо… его надо приготовить… — шепчу едва слышно, а сама плавлюсь в его объятиях.

— Кхм… да… — резко отпускает меня Константин. Прочищает горло, поправляет джинсы и тащится к мангалу, где во всю пылают угли.

Я соскальзываю со стола, подхожу к нему. Обхватываю сзади за талию и крепко прижимаюсь к его спине.

Он ворочает угли, улыбается.

— Замерзла?

— Нет. Просто соскучилась.

Снимает с себя дубленку и накидывает мне на плечи.

— Все равно надень.

— А ты?

— От огня жар идет, мне не холодно.

…Через час ребрышки готовы. Они так вкусно пахнут, что кружится голова.

— Так, женщина, вперед, на кухню, резать овощи и накрывать на стол, — подталкивает меня Константин. — А после обеда я затащу тебя в свою спальню, и ничто не помешает мне заниматься с тобой всякими глупостями до самого утра.

Улыбаюсь. Я тоже хочу секс до самого утра. Даже больше, чем есть.

Глава 39

Спальня. Огромная кровать, пуховое одеяло, мягкие подушки.

Мое дыхание глубокое, не могу его контролировать. Раскрываю глаза и упираюсь взглядом в оголенный накачанный торс с порослью темных шелковистых волос, в белое полотенце, обмотанное вокруг узких бедер, и судорожно выдыхаю. Поднимаю взгляд выше и встречаюсь с горящими порочной похотью серыми глазами Константина.

Одно движение, и он нависает надо мной в постели. Его руки заводят мои запястья над головой. Я снова в плену его соблазна.

Я горю, словно в лихорадке. Развожу колени и обхватываю его бедра. Он с жаром отвечает на мой призыв, вжимая меня в постель теснее.

Высвобождаю запястья из плена, вожу руками по его спине, ощущая каждую мышцу под упругой кожей.

— Ты моя, — сквозь поцелуй шепчет он.

— Да, — выдыхаю я в ответ на все его повисшие в воздухе вопросы и утверждения, а его губы скользят по подбородку вниз, к шее, и я выгибаюсь, подставляя всю себя его ласкам.

По венам течет желание — горячее, жгучее. Оно воспламеняет все тело, заставляя меня ерзать по простыням.

— Черт, я так тебя хочу, — он толкает меня вглубь подушек, терзая губы поцелуями.

Придавливает меня своим телом, но это восхитительная тяжесть. Мои руки на его плечах, и я провожу по ним ногтями, вырываю из его рта хриплый стон.

Его губы смыкаются на соске, он ласкает его языком, теребит возбужденную горошинку. Я запускаю пальцы в его волосы и возбужденно дрожу под ним. Я хочу его. Хочу в себе.

— Возьми меня, — шепчу ему в губы. Мои руки опускаются по его груди, и я стягиваю полотенце с его бедер. Ладонь обхватывает его восставший член, и начинает ласкать.

— Не торопись, — хрипло приказывает он и отбрасывает мою руку. Заводит запястья над головой, и я снова в плену.